Как только Бриони вошла, в зале возник гул неодобрительных голосов, грозящий в любую минуту превратиться в рев. Шум не прекратился, даже когда она заняла свое место во главе стола. Трапезы в Большом зале почти никогда не проходили спокойно и мирно, и в другое время она предпочла бы перекусить у себя. Но раз уж решилась устроить эту демонстрацию, надо идти до конца.

Справа от нее сидел иерарх Сисел. Броун, хотя за столом были люди выше его чином, занял место слева — как комендант крепости, находящейся на военном положении. Иерарх, увидев принцессу, вытаращил глаза и поджал губы, но уже через минуту завел непринужденную беседу, словно она пришла в обычном женском платье. Бриони не понимала, то ли восхищаться его выдержкой, то ли сердиться. Броун, конечно, был раздосадован. Бриони хорошо его знала и не сомневалась: его раздражение вызвано прежде всего тем, что она специально пытается привлечь к себе внимание в такое неподходящее время. То, что принцесса надела мужское платье, его вряд ли взволновало. Лорд комендант был занят делами поважнее. Он ждал, когда подадут основное блюдо, и только тогда намеревался начать разговор.

Когда остатки цыплят были унесены, в зал вкатили тележку с половиной истекающей соком жареной бычьей туши. Вокруг нее были уложены запеченные павлины, украшенные собственными перьями. Бриони подумала, что обед слишком пышный для обычного дня. Находившиеся в комнате собаки засуетились, залаяли и начали носиться вокруг стола в надежде поймать оброненную кость. Бриони погладила одну из них, радуясь тому, что хоть кто-то в зале счастлив.

— Работы по укреплению стен почти завершены, — сообщил ей Броун. — Однако и сильные стены не устоят, если сердца слабы. Лорды своенравны. Некоторые уже уехали домой, чтобы отсидеться или, в случае неблагоприятного исхода, уплыть по морю подальше отсюда.

— Я знаю, — отозвалась Бриони.

Ей пришлось выслушать от них немало лживых объяснений и выдуманных причин. При желании она могла бы с легкостью разоблачить любого.

— Пусть едут, лорд Броун, — ровным тоном продолжила она. — Это не те люди, которые нам понадобятся, если дела действительно пойдут плохо.

Она посмотрела на Хендона Толли и его свояченицу Элан. Они сидели близко к середине стола, но словно находились в другом мире. Девушка была окружена поклонниками вроде Дарстина Кроуэла, барона Грейлока. Все, кроме нее, смеялись какой-то шутке Толли.

— Если честно, жаль, что они все не уехали, — сказала принцесса. — Ожидание осады — дело нетрудное, но защищать Южный Предел будет гораздо труднее.