Что сделает эта женщина? Поймет? Сойдет с ума? Что она сделает? Сохранит ли обе памяти, как он, подлинную и новую, старую и подлинную?

Не должна. Она вмешается, при ведет других наблюдателей, полностью испортит эксперимент, нарушит все его планы.

Он должен остановить ее любой ценой.

Он обернулся к Лилач, готовый к насилию, сжимая кулаки.

Она просто стояла. Смуглая кожа посерела, рот открыт. Она была ошеломлена, не могла поверить в то, что увидела за окном. Не может и не поверит.

Напряжение Хабера несколько ослабло.

Внимательно рассматривая ее, он убедился, что она настолько поражена, что стала абсолютно безвредной.

— Он поспит еще немного, — сказал Хабер.

Голос его звучал почти нормально, немного более хрипло от напряжения мышц горла. Он понятия не имел, что скажет дальше, но продолжал говорить: все, что угодно, лишь бы нарушить молчание.

— Сейчас я оставлю ему короткий период s-сна. Прекрасный вид, не правда ли? Эти восточные ветры — божье благословение. Осенью и зимой я месяцами не вижу гор, но когда облака расходятся — они тут как тут. Прекрасное место Орегон, наименее опустошенный штат. Он не очень эксплуатировался до катастрофы. Портленд лишь начал расти. Вы местная уроженка?

Минуту спустя она ошеломлено кивнула.

— Сам я из Нью-Джерси. Загрязнение окружающей среды там становилось критическим, когда я еще был ребенком. Сколько сил пришлось вложить в очистку Восточного побережья после Катастрофы! Невероятно! Очистка еще продолжается. Здесь же перенаселение и загрязнение среды не успели принести подлинного ущерба, если не считать Калифорнии. Экосистема Орегона почти не затронута.

Опасно было затрагивать критическую тему, но он больше ничего не мог придумать, как будто его околдовали. Голова была слишком полна двумя рядами воспоминаний, двумя системами информации, одна — о реальном, больше не существующем мире с населением свыше семи миллиардов человек, увеличивавшемся в геометрической прогрессии, другая — о реальном, существующем, мире с населением менее миллиарда человек и все еще не стабилизировавшемся.

«Боже, — подумал он, — что сделал Орр?»

Семь миллиардов человек.

Где они?

Но адвокат не должна понять этого.

— Вы были когда-нибудь на востоке, мисс Лилач?

— Нет.

— Да и к чему? Нью-Йорк в любом случае обречен. Бостон тоже. Будущее страны не там. Здесь растущее начало. Кстати, вы знакомы с Льюисом Фертом в Департаменте?