Но вот барабан потребовал остановить корабль. С верхней палубы доносились свист, шипение, радостные возгласы. Надсмотрщики почти не обращают внимания на рабов.

– Это греческий огонь! – пояснил серб из Дубровника.

Больше он ничего не сказал. Но Алеша и так все понял.

Однажды ему пришлось участвовать в морском сражении. Вместе с друзьями в Русском море они атаковали греческие корабли. Разбойники не жгли их своим страшным огнем, потому что их у него не было. Но когда руссы на своих лодиях входили в Корсунь, греческий дромон ради грозного предупреждения метнул в их сторону сгусток огня. Алеша хорошо представлял, что будет, если такой снаряд попадет в корабль.

Сейчас такая же огнеметная машина швыряла огонь с борта хеландии, жгла корабли противника. Алеша нутром чувствовал, что ромейская флотилия вступила в сражение с настоящим врагом. И если византийцам суждено потерпеть поражение, Алеша погибнет вместе с ними. Он прикован цепью к деревянной балке и уйдет на дно морское вместе с кораблем. Так что волей-неволей приходилось желать византийцам победы.

Битва продолжалась. Вдруг корабль сильно тряхнуло, послышался треск дерева. Дромон не накренился, в трюм не хлынула вода. Богатырь решил, что корабль не протаранен вражеским судном, а скорее всего взят на абордаж. Его догадку подтверждал звон мечей, призывы к атаке, стоны раненых, топот ног. Надсмотрщики оставили рабов и выбрались на верхнюю палубу, чтобы поддержать свою пехоту.

У Алеши не было никакого желания помогать ромеям. Но ему вовсе не хотелось, чтобы его пустили на дно вместе с кораблем. Он бы тоже выбрался из трюма, но ему мешала цепь. Одним концом она стягивала ногу, другим крепилась к железному крюку, намертво вделанному в дерево.

Алеша схватился за этот крюк, поднатужился. И, к огромному удивлению остальных гребцов, выдернул его из балки. Еще он смог освободить Дранко. Но на приятеля-серба сил уже не хватило.

– И что дальше? – спросил Дранко.

– Не знаю, ты можешь оставаться здесь. А я наверх!

– Зачем? Ты хочешь удрать с корабля?

– Хотел бы! Но я не знаю, как далеко берег. Да и цепи мешают... Я буду драться! Не за ромеев, а за нас всех!

– Тогда я с тобой! – вызвался Дранко.

Они вместе выбежали на верхнюю палубу и оказались в самой гуще баталии. Алеша успел заметить, как на него с кривым мечом в руке надвигается темнолицый воин. Он не был ему врагом, но и другом его не назовешь – хотя бы потому, что он собирался убить Алешу.

Богатырь не растерялся, ударил араба цепью под колено, сбил его с ног, кулаком выбил из него дух, забрал меч и щит.