А Корсибар все так же сидел с застывшим лицом и остекленевшим взглядом. Вид у него был такой, словно перед ним находится смертельно ядовитая змея, изготовившаяся к гибельному броску, или же что он попал во власть ночного кошмара и не в состоянии ни защититься от призрачной угрозы, ни убежать от нее.

Ведь Дантирия Самбайл самым жестоким образом высмеял и оскорбил его в его же собственном тронном зале. И все же он, судя по всему, не осмеливался показать, что оскорблен. Свор пытался понять, в чем тут дело. Вероятно, в том, что Корсибар все еще не был уверен в том, что похищенная корона крепко держится на его голове, и не решался пока пойти против воли наглого, грубого и опасного прокуратора Ни-мойи, обладавшего колоссальной мощью и способного, если его спровоцировать, на любые совершенно непредсказуемые действия. Но независимо от причины Корсибар казался парализованным перед этой чудовищной демонстрацией полного презрения к его власти.

От изумления Свор даже затаил дыхание. Нет, он решительно не мог заставить себя поверить во все это, хотя всего какой-нибудь час назад, перед тем как отправиться в покои короналя, Дантирия Самбайл рассказал о своих намерениях.

Ну, а прокуратор все так же спокойно и плавно, убаюкивающим тоном продолжал свои речи:

— Мой лорд, я намереваюсь сразу же покинуть эти места и все же довести до конца свою совершаемую от вашего имени поездку в Зимроэль и поэтому предлагаю такой план: поручить графу Септаху Мелайну и герцогу Свору безотлагательно забрать принца Престимиона из Замка и доставить его в Малдемар, где он на покое сможет восстановить свои силы после перенесенных лишений. После чего — я непоколебимо уверен в этом — будут приложены все усилия для того, чтобы убедить принца принести присягу вашему высочеству и действовать в дальнейшем, как подобает законопослушному подданному вашего высочества, и наверняка эти усилия окажутся успешными.

Дантирия Самбайл подчеркнуто широким жестом сделал перед Корсибаром знак Горящей Звезды и низко поклонился.

— Желаю вам доброго дня, мой лорд, и непрекращающихся успехов всему вашему царствованию. — С этими словами он повернулся к выходу.

Корсибар, к которому все еще не вернулся дар речи, слабым жестом подал знак, означавший окончание аудиенции, и, обмякнув, откинулся на спинку трона, Свор, испытывающий искреннее восхищение Дантирией Самбайлом, — тот только что продемонстрировал бесшабашную смелость такого рода, которую маленькому герцогу крайне редко доводилось видеть — смотрел на прокуратора с изумлением и опаской.