— Понимаю, — серьезно сказал Септах Мелайн.

А Престимион тем временем собирал штурмовую группу: семь батальонов своих лучших пехотинцев и лучников, а также оставшихся кавалеристов. На подготовку потребовалось два дня, после чего он повел свой отряд на семнадцать миль вверх по течению, туда, где его разведка обнаружила большой густо поросший лесом остров посреди реки. Это облегчало переправу, так как ее можно было осуществить в два приема. И при этом становилось крайне маловероятным, что маневр будет обнаружен разведчиками Фархольта, даже если те станут исследовать реку на таком большом расстоянии. Поздно вечером Престимион на лодках и плотах переправил на остров все свое войско, дал людям там немного отдохнуть, а затем, за два часа до полуночи, перебрался вместе со своими людьми на восточный берег Джелума.

Ночь была безлунной; не было никакого света, кроме поминутно вспыхивавших молний. Дождь превратился в ливень; ветер безжалостно хлестал воинов струями воды. Но ветер дул с запада и стремительно нес небольшие лодки поперек реки. Престимион переправился на тот берег в одной из самых маленьких лодок, сопровождаемый лишь Гиялорисом и своим братом Тарадатом; они говорили только о предстоящем сражении.

Теперь им нужно было преодолеть до лагеря Фархольта сорок семь миль по размытому глинистому берегу реки.

— Ну что ж, — просто сказал Престимион, — вперед.

Все время, пока они шли на юг, дождь не прекращался ни на минуту.

Сорок семь миль воинам приходилось непрерывно вытаскивать ноги из полужидкой грязи, и все же они дошли. Привал был устроен прямо в этой отвратительной мокрой жиже, а дальше пришлось вновь брести, скользя, под яростными струями дождя. И все же все пребывали в приподнятом настроении.

Септах Мелайн уже должен был добраться до условленного места и предпринять свою первую вылазку поперек реки. Фархольт, если он хоть что-то соображал, должен был выстроить свои главные силы вдоль берега реки напротив лагеря противника и изготовиться отбить безумную атаку с запада в любой момент, когда Септах Мелайн соизволит произвести ее на самом деле.

Но прежде… прежде…

Под покровом темноты и бури Престимион неуклонно двигался вдоль восточного берега, пока не оказался на расстоянии полета стрелы от лагеря Фархольта. Это была опасная игра. Будет ли Септах Мелайн достаточно безумным для того, чтобы правильно сыграть в нее? И сможет ли он, начав переправу, благополучно добраться до противоположного берега? А остальная часть армии — окажется ли она в нужное время в нужном месте, чтобы нанести решающий удар? Сейчас Престимион мог лишь произвести в назначенное время свою собственную атаку и положиться на лучшее.