– Не возражаю.

– Отлично. Не люблю формальностей. В общем, я знакома с Эшеном, хотя и не очень близко. Довольно большой брюзга этот маг, ты не находишь?

– Да. – Честно говоря, Браги почти не помнил Сиреневого Москита. Слишком многих волшебников встречал он на своем пути.

– От Эшена о твоем визите узнал другой чародей, с которым у меня более близкие отношения. Лурдан из Сурри. Вряд ли тебе знакомо это имя.

– Вряд ли.

– В общем, Лурдан рассказал мне. Он заинтересовался этой историей. Странствующий рыцарь, огр, который считает себя зачарованным человеком! Лурдан заключил, что все услышанное не более чем забавный анекдот… Что сам вышеозначенный огр, Рыцарь Железного Кулака, просто обладает специфическим чувством юмора и желает таким образом привлечь к себе внимание. Монстр с амбициями, так сказать. Лурдану показалось это весьма смешным.

Страшила смотрел перед собой. Дорога через лес была достаточно широкой, но чем дальше они забирались, тем заросли по обеим сторонам становились гуще. Скоро придется наклонять голову всякий раз, когда деревья подступят слишком близко к краю.

– Это и правда смешно… Сибилла.

– Нет, не смешно, – отозвалась чародейка.

Огр удивленно покосился на нее. Сибилла не отводила взгляда. Браги мог чувствовать ее сильную, упругую колдовскую ауру. Она щекотала его нервы, как щекочет нос изысканный аромат редкого сорта духов. Впрочем, с духами у Сибиллы все было в ажуре.

– Ты страдаешь от невозможности сделать выбор, – сказала чародейка. – Не возражай, меня не обмануть грозной огрской физиономией.

– Я его уже сделал, – ответил Страшила. – Страдания закончились.

– Считаешь? Послушай. Я бываю весьма навязчивой и часто высказываю свое мнение вопреки желанию окружающих. Такая уж есть и буду, меняться поздно. Когда я училась Искусству, не было ни дня, чтобы я не повздорила с кем-либо из своих учителей. Мне никогда ничего не нравилось, я придиралась ко всему, доводя умудренных опытом магов до белого каления. Мои вопросы приводили их в ужас. Когда они были молодыми, ни один из них не осмеливался бросать вызов старшим. Лет этак четыреста назад. Меня в глаза не стеснялись называть «юной стервой», «чокнутой», «дщерью драконовой». Сейчас я думаю над тем, почему меня не выгнали взашей на первом же году обучения, и ответа не нахожу. Талант? Ну талант. А что еще? Ни у кого в закрытом Магриорском Институте не было причин терпеть меня – ни у ректора, ни у преподавателей. У меня не было подруг. Девочки меня просто боялись. На последнем курсе появились приятельницы, но между нами были скорее отношения вооруженного паритета, нежели душевная связь. Может быть, дело опять же в специфике профессии. Маг магу конкурент.