– Это не ведьма, а демоническая леди, Морфенея, королева сновидений. Тебе очень повезло, что я появился вовремя. Если бы я не успел заметить, как она втаскивает тебя в лабиринт, сейчас бы ты был уже совершенно безумен.

– Я и так чуть не поседел.

– Что-то ты мне не нравишься. Раньше тебя было не так просто напугать. Нервишки сдают?

– Да что ты понимаешь? Там… там еще была река, полная кипящей крови.

– И что?

– Крови! Человеческой крови.

– Подумаешь… Здесь и не такое встретишь. Сейчас в аду осталось три реки, – поведал Кухериал, – та, которую видел ты, это Ахерон – река, несущая воды, полные крови мучеников и воинов.

– Да, я видел воинов на берегу. Целое поле. Они рассыпались в труху.

– Поля забвения. Тебе повезло, что ты не провел там слишком много времени. А не то не смог бы вспомнить ни меня, ни даже, как тебя зовут. Но все это цветочки по сравнению со второй полноводной адской рекой – Летой, рекой забвения. Пересечешь ее, и память отрубит мгновенно и, самое главное, бесповоротно.

– Еще я видел колонну грешников. Их тысячи…

– Я знаю, о чем ты. Ты говоришь, о великом походе грешников. Изобретательный ум Зарах Ваал Тарага измыслил это. Они бредут по кругу до скончания веков, не останавливаясь ни на секунду. Если кто-то из них падает от усталости или отстает от остальных, его рвут на куски церберы. А затем он снова оказывается в той же колонне. В самом ее хвосте. Все они при жизни обожали набить животы, избегая праведного труда, да и любых физических нагрузок, вот и получили то, что заслужили.

– А третья река? – поинтересовался я.

– Я уже упоминал о третьей реке. Она ледяная. Зовется Коцитом. В ней вмерзшие по пояс терзаются предатели. Иуда Искариот, убивший брата Каин, и прочие-прочие. Там полно неверных мужей и жен. Отчего-то люди считают, что обмануть жену и уйти от нее к другой, помоложе – вовсе не грех, а поиск личного счастья. Вот за это счастье они и претерпевают страдания после смерти. Река эта протекает на самом адском дне. Там царит жуткий холод, и нам с тобой, Васисуалий, совершенно нечего делать. Я, видишь ли, создание теплолюбивое. Мне бы в Сочи жить. А еще лучше в Африке. Но давай не будем медлить. Нас ожидает герцог Предела чревоугодия, великий Вельзевул.

– Как вспомню эту дьяволицу, аж дрожь колотит, – пожаловался я.

– Не дьяволицу, а демоническую леди, – поправил бес. – Мне самому рядом с ней не по себе стало. Хорошо, что убрались вовремя. Что поделать, такое у нее предназначение – являться во снах и сводить людей с ума. Только представь себе, какая хохма, ложатся муж с женой в постель, а ночью она просыпается от криков – он сидит на кровати, вращает глазами и орет, не переставая. И так до самого приезда скорой психиатрической. А все она, Морфенея.