Я вспомнил, какие пристрастия питает Кухериал, и решил, что толпы женщин – это еще не так плохо. Могло быть куда хуже. Те грудастые культуристы из Предела похоти вызывали у меня содрогание. Страшнее я, пожалуй, не встречал ничего в этой жизни. А повидать довелось немало. Пришли на ум слова Асмодея: «В ловушку заманят. Зарежут, кого попросит». А что если, и правда, двинуть всей этой армией на мента? Вот только пойдут ли девушки на убийство?.. Я вспомнил, как с перекошенными лицами дрались спортсменки, охаживая меня отнюдь не женскими ударами, и мне стало ясно, что план может обернуться против стратега. А ну как и эти разозлятся? Что тогда от меня останется?.. Лучше всего выгнать их из квартиры и забаррикадировать дверь.

Одну за другой я принялся мягко выпроваживать девушек в коридор. Шли неохотно, упирались. Я пытался быть ласковым. Но некоторых приходилось тащить насильно, выкручивать руки. Вскоре в квартире осталась одна единственная красотка. Ее я упорно оставлял на потом, потому что она была похожа на Кристину. Глядя, как девушка старательно поправляет покрывало, постеленное поверх выпотрошенного дивана, я задумался. А почему, собственно, я должен ее выгонять? Кухериал посоветовал мне расслабиться, вот я и расслаблюсь. Я приблизился, положил руки ей на грудь, уверенный в своей неотразимости, и получил смачную оплеуху.

– Эй, – закричал я. – Ты что делаешь, сволочь такая?!

– Прости, милый, – она прижалась ко мне всем телом. – Я не люблю, когда со мной так себя ведут. Я не шлюха. Ты же понимаешь? Ты просто околдовал меня, – она оглянулась кругом. – Ты не поверишь, я даже не помню, как здесь оказалась.

– У меня тоже голова идет кругом, – заметил я, потирая небритую щеку, и услышал с улицы крики – толпа призывала меня явиться пред девичьи очи. – Прости на секундочку, – попросил я. Вышел на балкон, прикрыл за собой дверь.

Увиденное ужасало. Весь двор до подъездов соседнего дома оказался запружен женщинами. Они безумствовали. Некоторые срывали с себя одежду, чтобы предстать передо мной топлесс. Прочие призывно махали руками, и беспрестанно вопили.

Я решил, что настало время опробовать дар Абаддона – и разогнать их.

– Кха, кха, – я прочистил горло. И заорал так, как не орал никогда в жизни. К несчастью, перестарался.

Звуковую волну можно было даже наблюдать. Она обратилась во вполне зримый направленный вектор – от моего балкона во двор протянулась четкая линия, закручивающая все вокруг в стремительную воронку. Десятки женщин попросту оглушило. Остальных раскидало в стороны. С деревьев сорвало листву. С дамочек – остатки одежды, которую они не успели снять. Окна дома напротив со звоном раскололись. Взвыла сигнализация всех стоящих во дворе машин.