– Скажем, залезть на дерево или прыгнуть в сугроб. Скатиться на санках с горы, например.

– Нет. Подобные вещи не приносят мне удовольствия. Вы сами назвали их бесполезными.

– У тебя есть друзья, Эмиль?

Времянкин задумался.

– Моя сестра. Алена мой лучший друг. Она заботится обо мне и поддерживает во всем. Она прекрасный человек, я ей полностью доверяю.

– А со сверстниками общаешься?

– В этом нет необходимости. То есть я их, конечно, не избегаю, просто не стремлюсь иметь много друзей.

– Тебе не бывает одиноко? Грустно?

– Хм. Мне точно не бывает скучно…

– Что-то мы ушли не туда, ребята, – вклинился режиссер. – Вика, давай вернемся к музыке. Пусть Эмиль расскажет о своих впечатлениях от конкурса, о любимых композиторах, о планах на будущее, и все в таком духе. Не нужно лезть в экзистенциальные дебри, вы чего?

– Я поняла.

– Продолжим.

– Эмиль, какое твое самое сильное впечатление от конкурса?

Не успела она закончить свой вопрос, как в зале выключился весь свет.

– Пробки, – заключил оператор.

– Разберитесь с этим. Никто не расходится! – командовал режиссер.

Пока решался вопрос с электричеством, Эмиль и Виктория оставались на своих местах. Они сидели в полной темноте, не видя друг друга.

– Эмиль, ты как? – прошептала Виктория.

– Все в порядке. А вы?

– Тоже. Такое иногда случается. Они быстро все исправят, и мы продолжим. Кстати, ты отлично держишься.