– Спасибо.

– В фойе много окон. Светло, наверное. Почему мы не стали снимать там?

– Я не знаю.

– Вот и я не знаю.

Виктория включила фонарик на коммуникаторе.

– Знаешь, мне надо отойти на пару минут, поправить прическу. Тебе не нужно сходить куда-нибудь? Не хочется оставлять тебя в темноте.

– Они так долго усаживали меня, настраивали высоту, что я не хочу снова проделывать это. Пожалуй, посижу здесь. Темнота меня не смущает.

– Ну хорошо. Не скучай тут.

– Не буду.

Девушка встала из-за стола и, освещая путь фонарем, направилась к выходу. По залу носилось шебуршание, негромкие переговоры, смешки. Где-то в коридоре щелкали реле блоков предохранителей. Эмиль сидел один в темноте. Уверенный, что никого нет рядом, он негромко говорил сам с собой.

– М-даа. Вот это девушка! Стихия, сносящая крыши. Елки-палки, где мои двадцать лет? Спокойно, они в пути, всему свое время. Ждем и растем, ждем и растем. Так, надо подумать о чем-то другом. Сильное впечатление от конкурса. Сильное впечатление. Сильное.

В воображении Эмиля начали всплывать фантазии на тему убийства Журавлевой. Он представлял стиснутые зубы Яна, когда тот, вытянув руки, душил злую самозванку. Эмилю виделась Мелания, которая пытается позвать Двоих, но не может произнести ни слова, а только кряхтит и упирается ногами в деревянные доски пола.

– Вот вам сильное. Это все, о чем я могу думать, вспоминая о конкурсе. Как мой педагог задушил обезумевшую скрипачку. Нравится вам такой ответ? Жизнь – не счастливая Аркадия. Так-то! Это не экзистенциальные дебри?

Как только он произнес последние слова, включился свет. Времянкин огляделся и увидел Яна, стоящего за камерой. Тот смотрел прямо на Эмиля. На учителе была распахнутая дубленка и кепка. Вероятно, он только пришел. Эмиль приветственно махнул рукой, Ян кивнул в ответ. Вся команда быстро вернулась на свои места, интервью продолжилось.

Из дневника Эмиля

18 января. Среда День был насыщенным. Репетиция прошла удачно. Алена сказала, что телевизионщики слушали мою игру, открыв рты. Они явно не ожидали, что я настолько хорош. Ян останавливал меня несколько раз, подходил к инструменту, делал замечания. В целом по делу, но пару раз мне показалось, что он красуется на камеру. Ну и пусть. Лишь бы был доволен и не доставлял мне проблем. Виктория подошла после репетиции, взяла меня за руку и наговорила приятных слов. Надо будет отыскать ее лет через десять. Интересно, как она будет выглядеть? Репортаж выйдет в эфир в конце месяца. Хотел поговорить с Вергилием, но боюсь это надолго. Отложу на завтра, сегодня я устал. Через неделю экзамены, а я еще не брался за биологию. По остальным предметам, кажется, готов. Еще нужно нарисовать два рисунка для ИЗО. Завтра с утра этим и займусь. Все! Я спать.