– Сначала вам надо посетить место рождений, – сказал Человек. – Тебя пригласили.

Эндер ступил на открытое место и пошел по залитой серебристым светом поляне. Он слышал, как идут за ним Эла и Кванда, как шлепает рядом Человек. Теперь он заметил, что Крикунья на поляне не одна. Несколько лиц выглядывало из дверей хижин.

– Сколько их? – спросил Эндер.

Человек не ответил.

Эндер повернулся к нему:

– Сколько жен живет здесь?

Человек продолжал молчать. И молчал, пока Крикунья не пропела ему что-то громким приказным тоном. Тут он перевел:

– Здесь место рождений, Голос, – мы говорим, только если жена задает вопрос.

Эндер серьезно кивнул и двинулся обратно к лесу, где стояли в ожидании остальные самцы. Кванда и Эла последовали за ним. Он слышал, как Крикунья что-то поет за его спиной. Теперь он понимал, почему самцы прозвали ее так, – ее голос разве что не валил деревья. Человек догнал Эндера и схватил его за брюки:

– Она спрашивает, почему ты уходишь? Тебе никто не разрешал уходить. Она очень сердится.

– Скажи ей, что я пришел сюда не приказывать и не получать приказы. Если она не станет обращаться со мной как с равным, я не буду обращаться с ней как с равной.

– Я не могу ей этого сказать.

– И она до конца своих дней будет думать, почему я ушел.

– Великая честь – быть призванным в общество жен!

– И для них великая честь, если Говорящий от Имени Мертвых соглашается прийти к ним.

Человек постоял несколько минут. Потом повернулся и заговорил с Крикуньей.

Она слушала его молча.

– Я надеюсь, вы знаете, что делаете, Голос, – прошептала Кванда.

– Я импровизирую, – отозвался Эндер. – Как, по-вашему, идут наши дела?

Она не ответила.