– Куда мы?..

– В дом Вольта, – ответила ей Мафра. – Они захотят довести начатое до конца – осквернить самое сердце всего, чем мы были и есть. Они будут убивать во имя Вольта. А убивая, навлекут смерть и на себя – за убийством следует убийство. Они выбрали свой путь – и он ведет ко злу!

– Чтобы остановить…

Спутница прервала Турслу:

– Да, остановить их. Девочка, открой свои тайные мысли, дай волю тому, что в тебе скрыто. Другого средства нет! Но поспеши!

Турсла никогда не подозревала, что в Мафре остались силы на такую быструю поступь. Они шли не одни – в ту же сторону двигалась целая толпа. Камни старинной дороги стали скользкими от воды, но Мафра, хоть и незрячая, ни разу не оступилась.

Они достигли обвалившихся стен дома Вольта. Но никто не остановился, пока не подступили к его креслу. Здесь, может быть, сами камни своим дыханием разогнали туман, он крышей навис над головами, но уже не скрывал того, что лежало под ним.

Зажгли свечи-лучины в сосудах по сторонам кресла. И в руках выстроившихся вдоль стен людей загорелись факелы. В кресле Вольта снова сидела Уннанна. Сжимая пальцами гигантские подлокотники, она наклонилась вперед с жадным выражением на лице.

Те, на кого был устремлен ее взгляд, стояли внизу, у подножия кресла. Там был Аффрик, но в его осанке не осталось ни капли той надменной гордости, с какой он уходил отсюда исполнять волю Матери клана. Он был бледен, одежда в болотной грязи, одна рука притянута к боку лыковыми полосками – так делали, чтобы вправить и дать срастись сломанной кости.

При виде его Турсле вновь представилась картина: Аффрик спотыкается, словно запутавшись в силках, спотыкается и падает ничком, заваливаясь на резной столб с вырезанным ликом Вольта. Ее желание – ее сон! Неужели это она так обошлась с Аффриком? Но если так, она не добилась, чего хотела. Потому что между двумя спутниками Аффрика стоял увиденный ею на дороге всадник – тот, кого Мафра назвала Саймондом.

Шлема на нем не было, и его светлые волосы – почти такие же бесцветные, как у нее, – блестели в свете факелов. Но голова его бессильно свесилась на грудь. И ноги у него подкашивались – видно было, что он держался прямо только с помощью стражников. В волосах его запеклась кровь.

– Свершилось! – зазвенел голос Уннанны, заставив умолкнуть собравшихся и установив тишину, в которой слышались лишь голоса болота. – Сделано, и сделано хорошо. Вот тот, кто даст нам новую жизнь! Разве не исполнилось по моему слову? Вольт привел к нам в руки того, кто напоит нас своей Силой и…

Турсла не заметила никакого знака, но стражники вдруг выпустили Саймонда, и пленник повалился ничком. В нем, видно, еще теплилась искра сознания, потому что он выставил вперед руки, удержался на коленях, ухватился за ступень, на которой стояло кресло. И с заметным усилием поднял голову, подтянулся вперед и вверх, уцепился за подлокотник и сумел встать на ноги.