— И вам сообщали обо всех туристах?

— Только о тех, у кого земное гражданство. Я не могу бросить соотечественника в беде. А для землянина Сайгон может стать бедой в любую секунду. Это клоака. Вам еще повезло, вы напоролись на Ядовитую Линь. Она управляема, вменяема и сообразительна. Страшно подумать, что было бы, столкнись вы с Белым Бароном или, скажем, с Грязным Чарли. Они просто ненормальные. Впрочем, как большинство местных бандитов. Ничего не попишешь… — он пожал плечами. — Алкоголь, наркотики, вседозволенность и плохая медицина. Эти люди испорчены даже не с детства, а задолго до рождения. Но и они еще не самое худшее. Есть угрозы посерьезней. Поэтому я на добровольных началах и в порядке благотворительности помогаю туристам с Земли. Их здесь бывает довольно много. Самых интересных приглашаю на обед или на вечеринку. Не вижу ничего дурного в этом. Для них мое имя — как щит, а мне их общество — лекарство от ностальгии.

Как ни странно, Николс не вызывал у меня отторжения. Самый обыкновенный мужчина, добившийся определенного успеха в жизни, но не особенно счастливый. Каким-то запредельным криминалом от него не пахло.

— Я догадываюсь, что вы использовали мое имя как инструмент для обороны. Я понимаю вас. Вам нахамили, вы защитились. Где-то я польщен, что вы наслышаны обо мне. Хотя удивляться, конечно же, нечему. Вы ведь до сих пор работаете на Августа Маккинби? И знакомы с Джеймсом Расселом?

— Впервые я услышала ваше имя не от этих людей.

— Памятуя о том, что по первой профессии вы разведчик, не стану даже спрашивать, кто тот осведомленный человек. Если бы вы хотели — уже сказали бы. Тем не менее, в порядке поддержания дружественной атмосферы, кое-что уточню. Мне известно, что Джимми Рассел мечтает забрать моих сыновей. Да, он их опекун. Но у него ничего не выйдет. Честно говоря, у меня смешанное отношение к Джимми. У него много недостатков. Он чудовищно упрям, он религиозный фанатик, он плохо переносит критику, с ним иной раз невозможно разговаривать, потому что Джимми решил — и считает, что остальные должны принять его решение как единственно разумное… Но мне он нравится. Да, он терпеть не может меня. И что с того? Я вполне могу позволить себе относиться к людям так, как этого хочется мне. Даже если мое отношение не взаимно. Я несколько раз предлагал Джимми приехать сюда. Пусть сам убедится, что детям лучше у меня. Я готов рассмотреть все варианты с его участием, которые не подразумевают, что дети будут воспитываться на Кангу. Пожалуйста, пусть он присматривает за ними, когда придет время отправлять их в колледж. Но зачем же лишать их семьи сейчас? У них трудный возраст, им нужен дом, нужна семья. И нужно знать, что они живут в доме не из милости. Не как бедные родственники. Это очень гордые парни. Я рассказал это вам не для того, чтобы оправдаться. Отстаивать свою позицию я буду с другими аргументами. И я совершенно уверен в их силе и убедительности. Поэтому не вижу в вас врага. Ни в вас, ни в вашем боссе. Я уверен, что дело завершится именно так, как сказал: нашей личной встречей с Джимми и заключением мирового соглашения.