А Лоренс Хикати в смерти внезапно стал почти красивым. Лицо разгладилось, губы застыли в подобии улыбки. Я поверила, что у него могут быть хорошенькие дети. Он лежал на спине, положив одну руку на грудь, лежал очень прилично и благообразно, даже ноги не раскинул, и брюки не задрались. Умеют же некоторые умирать. Проклятье, Лоренс, мы так и не успели стать настоящими друзьями. Я гляжу на тебя, и мне хочется плакать. Горько и безнадежно. Мне не хотелось плакать лет десять самое малое. Я хотела дружить. С тобой и с Леони. А дурацкая Нина Осси стала бы нам общей дочкой. Она гениальна, ты же знаешь, да? Мы втроем непременно поставили бы ее на крыло. Мы бы не только подарили миру ее гений, но и научили бы ее быть счастливой. Мы бы справились, я знаю.

Леони, Леони. Я знала тебя всего какой-то час. Мне будет тебя не хватать. Такое бывает лишь однажды в жизни – когда смотришь человеку в глаза и все понимаешь. Ты права, я никогда не была свободной. И ты тоже. Ты знала меня всего ничего. Но ты чувствовала личную ответственность за всех женщин в мире. И за всех мужчин. А я пытаюсь увильнуть от ответственности даже за себя. Не говоря уж про Августа и Нину Осси. Знаешь, я решила. Мне так больно, что я позволила убить тебя. Я ошиблась. Я промахнулась. Тебе показалось, что убить хотят меня, – и ты без колебаний меня прикрыла. Ради тебя… ради тебя я не брошу Нину Осси. Она мне надоела. Я устала от нее. Она мне никто. Но ты заплатила жизнью за мою жизнь. А я постараюсь вернуть капельку твоего долга. Нину гробили твоей методикой. Я очень-очень постараюсь, чтобы она опомнилась и вернулась к жизни. Если музыка и вправду язык ангелов, ты на том свете услышишь ее песни.

Я похороню вас с Лоренсом рядом. Если получится – в Пиблс. Ты никогда там не бывала. Красивое место. Верховья великой шотландской реки Твид. Я разыщу твоих детей и внуков и скажу им, где твоя могила.

Как жаль, что я не могу сделать для вас ничего, кроме этого.

* * *

Поздно вечером пришел курьер с пакетом. Полицейские штампы на конверте меня насторожили.

– Что это? – спросила я.

Курьер пожал плечами. Было бы странно, если б он знал. Я раскрыла конверт. Изнутри выпал еще один. Мятый, с торопливой надписью от руки. «В случае моей смерти передать Офелии Гвиневере ван ден Берг, княгине Сонно. Лоренс Хикати». Я разрезала второй конверт. На стол выпала карточка с чипом. Я узнала ее. Та самая карточка, которую Леони сегодня передала Лоренсу. Ее работы.

И – салфетка. Обычная бумажная ресторанная салфетка. Кривые строки: «Делла, я предчувствую беду. Возможно, сегодня меня не станет. Я не боюсь смерти, но есть незавершенные дела. Вот координаты моего архива. Передайте его моему помощнику Скотту или сами найдите человека, который закончит мою работу. Хоть среди инквизиторов, хоть среди разведчиков. Сделайте что-нибудь. И я всегда, с первой встречи хотел сказать вам, что вы необычайно красивы. Пожалуйста, будьте счастливы. Лоренс».