– Нет, – возражает Исидор, – вы не Улисс.
– Что вы себе позволяете? – удивляется доктор Черниенко.
«Пусть говорит!» – мыслепишет Жан-Луи Мартен.
Исидор переводит дух и бросает:
– У вас один глаз. Значит, вы не Одиссей, а скорее Циклоп, – спокойно заявляет он.
Молчание. Даже Лукреция ошарашена дерзостью коллеги.
Что за игру он затеял? Сейчас лучше схитрить!
Что за игру он затеял? Сейчас лучше схитрить!
«Я Улисс».
– Нет, вы Циклоп!
«Улисс. Я герой».
– Циклоп. Злодей.
«Улисс, положительный герой».
Затаив дыхание, Наташа и ее мать не смеют вмешиваться в это препирательство.
140
140
Как он смеет! Какая наглость! Я не злодей! Я герой! Я Улисс. А они – ничтожества.
Как он смеет! Какая наглость! Я не злодей! Я герой! Я Улисс. А они – ничтожества.
Ну, вот, я слышу твой шепот, Афина. Это провокация, мне не следует соваться в эту западню. Это как в шахматах: агрессивный игрок получает преимущество, противник обороняется и становится предсказуемым.
Ну, вот, я слышу твой шепот, Афина. Это провокация, мне не следует соваться в эту западню. Это как в шахматах: агрессивный игрок получает преимущество, противник обороняется и становится предсказуемым.