Я тоже высовываюсь из проема. Мистер Дюшан прижимает Чарльза к стене. Обхватил своей ручищей его шею и сжимает ее. Если захочет, он может ее сломать, но это моего брата не убьет. Мистер Дюшан делает это просто из удовольствия.

Когда мы только начинали учиться охотиться, самым трудным для меня было прекратить преследование и перейти к атаке. Тогда наступает неловкий момент – ты сближаешься с жертвой, но нанести удар еще не успеваешь. Между задуманным и воплощенным может оказаться целая пропасть, и, к тому же, если будешь медлить, тебя заметят.

У тебя же, видно, проблем с этим нет. Ты бьешь мистера Дюшана кочергой по голове так сильно, что это заставляет его пошатнуться. По его щеке струится кровь, он с шипением открывает рот, являя свои клыки.

Прежде чем он успевает сориентироваться, я присасываюсь ртом к его горлу, будто минога. До этого мне никогда еще не доводилось пить кровь себе подобного. По ощущениям это как выпить молнию. Она стекает по моему пищеводу, а кулаки мистера Дюшана все это время барабанят по моим плечам, но я не отпускаю. Он ревет, как пойманный тигр, но я не отпускаю. И даже когда он падает на пол, я не отпускаю, пока Чарльз не оттаскивает меня от трупа, будто налитого клеща, такого жирного, что ему уже все равно.

– Хватит, Дженни, – говорит он. – Он мертв.

6. Никогда не начинайте убирать со стола в присутствии гостей

Многие думают, что вампиры, умирая, взрываются или воспламеняются. Это неправда. При наступлении смерти подобные нам медленно обращаются в пепел – точно фрукты, которые плесневеют и гниют в ускоренном режиме воспроизведения. Мы стоим, выстроившись треугольником, и наблюдаем, как мистер Дюшан постепенно чернеет, как крошатся кончики его пальцев.

Ты начинаешь плакать, и это кажется глупым, но Чарльз уводит тебя в другую комнату и говорит с тобой нежно, как говорил со мной, когда я была маленькой.

Так я остаюсь последним свидетелем кончины мистера Дюшана. Затем беру возле камина маленький веник и сметаю то, что осталось среди выжженной древесины и костей.

Когда вы с Чарльзом возвращаетесь, я стою посреди комнаты с метлой, напоминая Золушку. Чарльз обнимает тебя одной рукой. Твое лицо покрыто пятнами, нос красный – все это так по-человечески.

– Нам нужно бежать, Дженни, – заявляет Чарльз. – Хозяин мистера Дюшана знал, куда он отправился. Скоро он начнет его искать. И не знаю, что он сделает, когда узнает, что произошло.

– Бежать? – эхом повторяю я. – Куда бежать?

Я никогда нигде не была, кроме этого места. Не жила нигде, кроме этого дома.