Когда он только появился, было ужасно. Я проснулась посреди ночи от шума, доносившегося снизу. Подумала, это родители ссорятся – они много ссорились, из-за дома, который постоянно нужно было ремонтировать, из-за маминой привычки прятать выпивку и лекарства, из-за девиц с папиной работы, которые звонили ему по выходным. Я спустилась на кухню в ночнушке и увидела, что кориановая столешница забрызгана кровью.

Мама лежала на полу, а над ней нависал какой-то странный мужчина. От папы я видела только ступню, торчащую из-за барной стойки.

Наверное, я ахнула, потому что мистер Дюшан поднял на меня глаза. Нижняя половина его лица была вся красная.

– Ой, – сказал он. – Привет.

Я успела добежать до лестницы, прежде чем он настиг меня.

4. Не скупитесь на еду и напитки. Расставьте их красиво и позвольте гостям накладывать себе самим!

Чарльз уносит наши супницы и возвращается с основным блюдом. Это лазанья – единственное, что я умею готовить. Знаю, мистер Дюшан сказал бы, что мне следует освоить что-нибудь более изысканное – паштеты, бульоны, петуха в вине, баранину, фаршированную изюмом и инжиром, возможно, в сладком сливовом соусе. Но мне тяжело учиться, когда нет денег на ингредиенты и нельзя попробовать на вкус то, что получается.

Лазанья немного пригорела по краям, но вряд ли ты это замечаешь. Ты уже захмелела, да и вообще мало кому удается доесть основное блюдо.

Пока ты копаешься в еде, я задумываюсь, замечаешь ли ты, что здесь повсюду висят плотные занавески и они покрыты толстым слоем пыли. Я задумываюсь, замечаешь ли ты странные царапины на полу. И замечаешь ли, что в доме нет ничего новее 1984 года.

Я жду, пока Чарльз пошевелится, но он ничего не делает. Просто ухмыляется тебе, как идиот.

– Не мог бы ты выйти со мной на кухню? – спрашиваю я у Чарльза, будто это и не вопрос вовсе.

Он смотрит на меня так, будто только сейчас вспомнил, что я тоже нахожусь за столом.

– Конечно, – бормочет он. – Хорошо.

Мы отодвигаем свои стулья. Мама раньше жаловалась, что наша кухня была не свободной планировки, и хотела снести одну из перегородок. Но отец говорил, что это слишком дорого, да и кому нужен старый викторианский дом с современной кухней?

Я рада, что она старомодная и что если закрыть дверь, тебя уже не услышат.

– У нас нет десерта, – сообщаю я Чарльзу.

– Ничего страшного, – отвечает он. – Я сбегаю за мороженым.