Весна никогда не начинается 1 марта. В марте все еще дуют ледяные ветры, в лицо летит мокрый снег, скукожившиеся сугробы вздымаются вдоль дорожек. Ни зеленого листика, ни талой воды, ни нежного весеннего солнца.

Настоящая весна приходит в апреле. Никогда не угадаешь, в какой день, но вдруг выглянешь на улицу – а все поменялось. На ветке березы набухли почки, вот, качаются у самого окна. Радостные воробьи орут как оглашенные, ручьи журчат вдоль тротуаров, а небо такое синее, что уже не вспомнить, когда видел такую синеву… может, год назад, прошлой весной?

В такой день хорошо даже на самом скучном уроке, особенно если сидеть у окна. Чуть заскучаешь – и пожалуйста: повернул голову и любуйся небом, солнцем, обещанием первой зелени. В такой день даже забываешь, что ты девятиклассник, нет-нет да почудится, что едва закончил началку и впереди у тебя еще много школьных лет.

В такой день они вернулись. Конечно, опоздали на урок – хорошо, что Михаил Владимирович смотрит на такие вещи сквозь пальцы. Понимает: ребята выросли, нельзя с ними, как с первоклашками.

Они входят, держась за руки, и так же, не разжимая рук, идут к свободной парте.

А если бы этих мест не было, думает Кирилл, Ника бы села ко мне? Или же просто улыбнулась бы и сказала: давай ты вон туда сядешь, а сюда мы с Гошей?

Ника бы могла, чего уж там. И Кирилл бы встал и пересел, подальше от весеннего окна, подальше от Ники и Гоши.

Повезло, что есть свободная парта.

Михаил Владимирович рассказывает о древних религиях, а Кирилл то и дело смотрит на Нику. Что-то изменилось в ней, сразу даже не поймешь – что. Может, просто выросла. Ведь это здесь прошло только четыре месяца – а сколько там, в Заграничье?

Почему-то Кирилл уверен, что Ника была в Заграничье. Зря она, что ли, расспрашивала, как переходить Границу, как настроиться на нужную область? И, видимо, была там не одна, а с друзьями.

Четыре месяца без Ники. Он вздыхает. Вначале ждал, что она вот-вот вернется, а потом собрался с духом и позвонил ей домой. Тетя Света с горечью сказала, что вот уже месяц никаких вестей. В школе, конечно, врали, что Нику премировали поездкой, но она, тетя Света, в это не верит.

– Может ты, мальчик, знаешь, что с ней?

– Нет, откуда? – ответил Кирилл.

Не мог же он сказать: «Я думаю, ваша Ника сейчас в Заграничье», – вот и промолчал.

Когда твои родители дипломаты, привыкаешь к разлукам. Сегодня одна область, завтра другая. Вчера – Заграничье, а нынче – столица. Кирилл одних школ сменил штук пять. Как друзей из началки звали, уже и забыл.

Но Ника – совсем другое дело.