Малахия все больше и больше времени проводил над книгой заклинаний. И казалось, все вновь вернулось на круги своя, ведь он и раньше постоянно резал себе руки. Но что-то в том, как после обустройства лагеря он усаживался подальше от всех и, сгорбившись, что-то записывал на страницах, беспокоило Надю. Правда, она сама сомневалась, что в такие моменты он продумывал план своего предательства. И не только потому, что не стал бы вести себя столь очевидно, но и потому, что стоило ей подойти к нему и уткнуться подбородком ему в плечо, как Малахия старательно объяснял, что он делал: продумывал заклинания, которые помогут им пройти через лес целыми и невредимыми, – а не судорожно закрывал книгу. Но иногда, по вечерам, он не брался за книгу, а садился у огня и зашивал куртку на спине, где ее прорвали крылья, пока Рашид громко комментировал его швейные таланты.

Малахия отказывался объяснять, какую силу он увидел в ней в часовне, и Наде иногда становилось интересно, а знал ли он вообще что-то? Слышал ли истории о месте, куда они направлялись? Вот только каким бы умным она ни считала Малахию, ей с трудом верилось, что парню из Транавии известно об этом месте. Или о паломнице Евдокии Добронравовой, которая отправилась к Болагвое, но ее путь лежал сквозь Тачилвник. Лес завладел ее разумом и сожрал плоть, оставив кости гнить на земле, и вскоре сквозь них проросли цветы.

Конечно, он не догадывался, что Надя уготовила ему такую судьбу. Они ехали уже несколько недель, и им предстояло пройти еще больше, прежде чем они доберутся до того места, где заканчивается граница леса Дозвлатеня и начинается Тачилвник. Непроходимая чаща. Кусок Калязина, где обитают лишь чудовища. Никто из тех, кто входил в эту часть леса, не возвращался оттуда. Но именно через него лежал самый быстрый путь к монастырю. И если они выживут, то сэкономят половину времени. Вот только это «если» было под большим вопросом.

Да и Париджахан вела себя странно, поэтому Надя все еще сомневалась, стоило ли говорить ей о нависшей опасности. Она переживала, что оказалась слишком поглощена своими проблемами, чтобы обращать внимание на что-либо еще. Возможно, Париджахан вела себя странно уже давно. Возможно, Малахия все больше и больше нервничал. И возможно, Надя ничего не замечала.

Да, потеря Кости давалась ей тяжело, но от осознания, что из-за боли утраты она оттолкнула оставшихся друзей, становилось еще хуже. Надя не вынесет, если потеряет Париджахан или Рашида. И Малахию… Ну, на самом деле она старалась не слушать свое сердце.