Дома я предоставила Эшу и Питеру отправиться на поиски новых шин (Эш категорически настоял, что привести Французика в боевую готовность надо немедленно, не дожидаясь следующей ситуации, когда нам может потребоваться срочно гнать куда-нибудь или откуда-нибудь), а Рок – уединиться в гостиной с сигаретой и бутылкой виски. Баньши, правда, пыталась меня разговорить, но нарвалась на выдавленное сквозь зубы «Не сейчас, Рок» и чутко согласилась оставить меня в покое.

Когда я наконец оказалась в спальне одна, я уставилась на книжный шкаф – и разомкнула губы.

– Я не знаю, слышишь ли ты меня. Я не знаю даже, жив ли ты. Но если слышишь, ты знаешь, что я говорю это тебе.

…мне определённо стоило сделать это раньше. Но раньше в этом не было острой необходимости. И на мамины слова про то, что всё это – его вина, можно было не обращать внимания.

Только теперь «можно» резко обратилось в «нельзя».

– Я не знаю, почему ты спасал мне жизнь. Не знаю, откуда ты вообще взялся. Но ты знаешь о том, что происходит, а я – нет. Никто из нас не знает. Кроме мамы. Но она ведь, наверное, уже… мертва? – Дрожание моего голоса обернулось лёгким смешком. – А ты просто не хотел мне говорить? Она так быстро угасала, вряд ли бы она продержалась всё это время…

Когда я замолчала, в полумраке спальни, что рассеивал лишь свет прикроватной лампы, по-прежнему царила тишина.

– Отзовись, пожалуйста. Иначе… я просто не выдержу. Потому что всё это из-за меня. И люди гибнут из-за меня. И мои друзья могут умереть из-за меня. И… если меня не станет… всем будет лучше.

– И думать не смей.

Повернув голову, я наконец увидела сида: он возник у двери, и сиреневые глаза были непроницаемыми, как зеркало.

– А. Вот и ты. – Я кое-как поднялась на ноги, до сих пор трясущиеся. – Вижу, кочерга не нанесла тебе особого вреда.

– Тому, кем я стал, вообще трудно нанести вред.

Сквозь его тело я видела бетонную стену, обесцвеченную отсутствием голографических обоев.

– Я рада. Наверное. – Я скрестила руки на груди, ощущая, как ледяное спокойствие сковывает мысли и чувства. – Ты знаешь, что я вызывала Повелителя Кошмаров?

– Да.

– И знаешь, что он мне сказал?

– Да.

В ответах звучала тихая обречённость.

– Тогда не изволишь прокомментировать слова о том, что ответы я могу узнать у тебя?