— Чтобы мы погибли? — спросил я. — Он не может сам нас тронуть, а мы ему мешали. Надеялся, что Слуги нас прикончат.

— Возможно, — сказал Продавец, помедлив. — В этом есть логика, но… но… слишком просто. Слишком незатейливо даже для существа моего возраста и опыта.

Он вытянул ноги (металл клацнул о пол), шагнул за полог. Вернулся через минуту и протянул мне пластиковый контейнер, похожий на коробку для завтрака, и ещё один, покрупнее.

— В маленьком контейнере возвратный мутаген. В большом — заказ для Гнезда. Вы ведь туда собираетесь?

Я взял коробку, посмотрел в лицо Продавцу.

На моей он стороне?

И да, и нет. Сейчас скорее на моей. Но по большому счёту — сам за себя. И за своих сородичей.

Всё-таки я сказал:

— Спасибо. Как бы и что бы дальше ни сложилось.

Продавец кивнул:

— Не верьте Ивану. Когда большие игроки делают ставки, люди — лишь разменная фишка.

— А вам верить? — спросил я.

— Мне тоже не верьте. Даже себе не верьте. Но в первую очередь — не верьте Прежнему. Попытайтесь понять игру, которую он ведёт. Что ему на самом деле требуется.

— Спасибо, — повторил я.

— Пакетик нужен? Бесплатно, как постоянному клиенту.

Я взял из рук Продавца чёрный пластиковый пакет, положил в него контейнеры. И вышел из Комка.

Глава 7

Глава 7

Автомобиль стоял на углу Большого и Малого Гнездниковского, стоял нагло, у самого перекрёстка, хотя там парковаться нельзя. Большой, чёрный, дорогой. Точнее, очень большой, очень чёрный, очень дорогой, — я даже ни секунды не засомневался, кто в нём. Уверен, что у нынешней министра культуры машина не такая крутая.

Впрочем, тут даже слово «автомобиль» плохо подходило. Хотелось назвать его старомодно и торжественно — «лимузин», к примеру.