– Выходи! Выходи, мразь, или я убью его! Кровь за кровь! – завопила я.

Рон не пытался вырваться. То ли от изумления, то ли слишком мне доверял. Из-под лезвия скатилась капля крови.

– Отпусти моего сына, я здесь, – из темноты шагнула ко мне Мирабэль.

– Мне надоели твои маски.

– Это не маска, клянусь. Отпусти!

Кинжал скользнул в рукав, а мы замерли друг напротив друга. Душа кипела от ненависти к ней, к самой себе, к этим темным тварям, заполонившим мой город. Одна из нас должна была умереть.

Я ринулась вперед. Из темноты ко мне устремились умертвия, но неведомо откуда взявшаяся магия разорвала их в клочья. Мирабэль отступила. А в её глазах читался страх, и это опьяняло. Я хотела большего. Хотела мольбы о пощаде. Ужаса. Словно сама превратилась в одно из этих существ.

Меня отбросило волной заклинания. Левая рука хрустнула, но боли не было. Только злость. Дикая ярость. Мы кидались друг на друга раз за разом. В моих ладонях клубился шар смертоносного заклятия, и я не видела, не желала видеть, что приготовила для меня Мирабэль. Тело превратилось в натянутую струну. Бросок, еще бросок. На губах появился соленый привкус крови. Проиграть? Ни за что. Только не этой мрази в черном платье. Я сотру гадину с лица Миридана!

Еще один рывок – и я упала. Надо мной нависла Мирабэль. Она сжимала сумеречный меч – одну из боевых форм магии тьмы.

– Сдохни! – её голос сорвался на визг, и лезвие искрой ринулось ко мне. Но удара не последовало. Лицо Мирабэль исчезло. Вместо него на меня смотрел Крис. Он рывком поднял меня на ноги и закрыл спиной.

– Сгинь! – прошипела я.

– Не дождешься! – рявкнул он, обнажая меч. – Дерек!

Отец сгреб меня в охапку и потащил прочь. Я рычала и вырывалась, словно раненный зверь. Ненавижу! Убью! На части разорву! Между тем, Мирабэль надвигалась на Криса. Она сменила сумеречный меч на сферу огня – пусть и слабее, чем у настоящего стихийника, но смертоносную. Вспышка – и сфера рассыпалась на искры. Оружие Криса отражало любую магию. Я не сразу разглядела руны на клинке – да и некогда мне было их разглядывать. На подсознательном уровне отметила, что к магам присоединились светенцы. Немного, человек десять. Но все вооружены такими же мечами, как у Кристерена.

Мирабэль не собиралась отступать. Теперь она старалась выбить меч из рук Криса, но человек дрался, как бог. Он успевал отразить десяток атак за минуту. Я невольно залюбовалась им – и немного успокоилась, снова получив возможность здраво рассуждать. Убить Мирабэль сложно. А что, если…

– Папа, отпусти, – холодно сказала я, и руки отца мгновенно разжались. Как же дать понять Крису, чтобы повернулся лицом ко мне, а Мирабэль – спиной? Может, у него осталась частичка моей магии?