Мужчины занялись койкой; тем временем доктор Аполлон делал пассы.
– Спать… спать… вам очень хочется спать… вы совсем уснули. Друзья, в настоящий момент моя очаровательная помощница находится в глубоком трансе. Джентльмены – вы, которые ставили раскладушку, – вы не отказались бы уложить мадам Мерлин спать? Только осторожно, осторожно…
Застывшую как труп девушку поместили на раскладушку.
– Ну вот и хорошо. Огромное вам спасибо. Только как же это она, без одеяла? Чем бы ее накрыть?
Волшебник подобрал так и болтавшуюся в воздухе палочку, указал ею на стоявший в глубине сцены столик – и тут же в его руку скользнула сама собой отделившаяся от груды реквизита простыня.
– Вот, джентльмены, накиньте это на нее. Голову, голову тоже прикройте – нехорошо смотреть на даму, когда она спит. Большое спасибо. Отойдите, пожалуйста, чуть подальше… вот так, прекрасно. Мадам Мерлин, вы меня слышите?
– Да, доктор Аполлон.
– У вас был глубокий,
Прикрытая простыней фигура приподнялась над койкой примерно на фут.
– Здорово! Только не становитесь слишком уж легкой, а то улетите еще.
– Как только положили эту простынь, – громким шепотом объяснил своему товарищу какой-то юнец, – она раз – и спустилась вниз, у них там специальный люк. А это – просто каркас из проволоки. Потом он сдернет простынь, каркас сложится и спрячется. Да такое кто хошь может сделать.
Доктор Аполлон словно и не слышал этих грязных инсинуаций.
– Выше, мадам Мерлин… еще чуть повыше… ну вот, теперь хорошо.
Фигура вместе со свисающей с нее простыней плавно покачивалась на высоте человеческого роста.
– А там есть такая стальная подпорка, только ее не видно, – не унимался настырный разоблачитель. – Вон там, видишь, угол простыни висит до самой койки, это специально так сделано.
Доктор Аполлон попросил добровольцев убрать раскладушку.
– Зачем ей кровать, она же спит в облаках.
Он повернулся к парящей в воздухе фигуре и прислушался.
– Погромче, пожалуйста. Да? Мадам Мерлин говорит, что простыня ей тоже не нужна.