— Госпожа Ностра, — обрадовался Партимо Батор, отдышавшись. — Очень надеялся застать Вас в Претории после окончания Верховного Совета.

— Консул Батор, — я тепло улыбнулась и присела в реверансе. — Не ожидала этой встречи, но очень польщена вашим визитом.

— Великий Коснул прячет Вас от светской жизни? — старик достал кружевной платок из рукава и утёр капельки пота на лбу. — Ни один званый приём Лангсорда, ни один бал и даже ни один салон не удостоился чести лицезреть Ваше Сиятельство. Я уже отчаялся побеседовать с вами вот так, просто, без докладов и официоза.

С Партимо Батором мы не встречались вне Верховных Советов, где я слышала только его выступления и короткие отчёты о ситуации в южном уделе, названном в честь древнего рода консула, и изредка — личное мнение касательно политических перемен. Наместник отказывался признавать ряд проблем, будучи уверенным, что Квертинд процветает и проживает свои наилучшие времена, и поводы для беспокойства не требуют внимания, а уж тем более, немедленных предприятий. Чаще всего Партимо Батор спорил с Грэхамом, уличая его в слишком радикальных методах. К слову, некоторые из утверждений Консула Батора я даже разделяла, но с отношением к оптимистичному наместнику пока не определилась. И тем более, не смела вступать в беседы за столом Совета, а скромно помалкивала, стоя за спиной Камлена Видящего вместе с рудвиком Йоллу.

— Не думаю, что Великий Консул стал бы ограничивать меня в подобных желаниях, если бы таковые у меня имелись, — я старалась не смотреть на молодого человека, что рассматривал меня слишком откровенно, как недавно — мраморных музыкантов.

Такое пристальное внимание было неприличным, и я кинула только короткий взгляд на юношу, за который успела разглядеть нежно-голубые льдинки глаз и тонкий шрам на левой щеке.

— О! — понятливо закивал консул. — Так вы затворница? Смею рассудить, что вы немилосердно лишаете Квертинд своей белоснежной красоты и тонкой грации. Это сродни преступлению, семеро богов мне свидетели!

— Вы мне льстите, — захлопала я ресницами в ответ на скучный комплимент. — Квертинд вряд ли нашёл бы заметную разницу между мной и мраморной статуей. А последних только в Лангсорде насчитывается несколько сотен.

Молчавший до этого момента спутник консула Батора хмыкнул, и это дало мне повод обратить на него своё внимание.

— Позвольте представить вам моего младшего и ныне единственного сына, — заметил мою заинтересованность консул. — Ренуард Батор, будущий наследник рода, ретивый почитатель магии Мэндэля и достойный верноподданый Квертинда.