– Нет.

– А должен был смочь? Почему не Геднгейд? Ведь это он мастер спекулумантии.

– Плащи сразу упредили его, – нет магии, превосходящей Абсалонову, и лишь те, кому даровано было откровение, могли попытаться.

Майрон вновь увидел неискренность, попытку сшить белыми нитками прореху в рассуждениях. Серокожий никак не желал объяснять, почему Шивариус Многогранник и Тобиус Моль каким-то образом получили откровение о прошлом Джассара Ансафаруса? Единственное, что объединяло их, – серый Дар, а через это и родство с династией Императоров-драконов. Но что связывало Гроганитов с Джассаром? Жар-Куул не то чтобы врал, но явно недоговаривал.

Седовласый мог бы схватить тщедушного старца за горло, поднять над землёй и выдавить признание… нет. Это был самый худший вариант развития событий, самый глупый и бессмысленный по десятку причин. И ведь ни сердцебиение, ни дыхание, ни грифельные глаза, – ничто не выдавало лжи. Хранитель Истории как будто и не умел волноваться.

– Я ведь даже не волшебник. Если Шивариус оказался неспособен, если даже Геду Геднгейду не улыбнулась удача, то что смогу я?

– Попытаться, – был дан ответ. – Попытка всегда лучше бездействия, а оно, бездействие, само по себе недопустимо для героя.

– Только не заводи эту песню, я просто ещё один бедовый…

Из-за холма появились женщины. Они шли очень торопливо, на ходу затягивая ремни и то и дело оглядываясь.

– Вы должны это увидеть, – сказала Грандье, когда они подошли.

Майрон непонимающе поднял брови.

– Прости, но не думаю, что вы сделали нечто, способное меня удивить.

– Пошути мне ещё, желторотый бастард.

– Майрон, идём, просто гляньте, – попросила Райла.

Вместе все они обошли кучу обломков, которая была не тем, чем казалась сначала. На самом деле посреди Абсалодриума лежала громаднейшая фигура, присыпанная обломками зданий как большим одеялом. В этом месте обломки ссыпались, открыв чёрное каменное лицо. Дерево росло как раз на голове.

– Ах, вот ведь неожиданность, – сказал Хранитель Истории, – видимо, его сюда занесло с поля боя. Удар должен был быть невероятно сильным. Не бойтесь, он давно уже не опасен. Это боевой титан времён Второй Войны Магов, – громадная статуя, предназначенная для сбивания небесных городов и истребления легионов.

Легко было сказать «не бойтесь», но древнее оружие разрушения в такой близи всё равно нагоняло ужас.

– Опять слышу от тебя это слово. Что оно вообще значит?

Хранитель Истории посмотрел на Майрона.