– По опыту скажу: доверием, которое тебе оказывают, нужно пользоваться, – вмешалась Мерока. – Девяносто процентов, восемьдесят – все офигенно больше, чем ноль.

– Спасибо, – Кильон саркастически улыбнулся, – все сразу встало на свои места.

– Рада помочь, Мясник!

– Считай это плюсом, – посоветовал Аграф. – Не шпионь за тобой Рикассо – ты не смог бы оправдаться.

– Спата виден на пластинах, да?

– Пластины нужно проявить, а это займет время. Мы же не на Неоновых Вершинах. Но если Спата провел в лаборатории больше тридцати секунд, его засекли.

Кильон решил подавить гнев и обиду на то, что его использовали. Он мог либо везти этот багаж на другой конец Напасти, либо избавиться от него прямо сейчас.

– По-вашему, этого хватит?

– Спаты, держащего тебя на мушке, и борга, выбегающего из лаборатории? Да, должно хватить.

– Что с ним сделают? Вы упомянули арест, а какой ожидается приговор, не уточнили.

– Смертная казнь, – ответил Аграф. – Вопрос только в том, каким способом.

– А говорят, цивилизация кончается в Конеграде.

– Не суди нас, доктор. Если твой город отменил смертную казнь, это еще не значит, что он не убивает людей. Он делает это тайком, по-садистски медленно. Тех, кто не соответствует стандартам, кто отказывается на него работать, он засасывает, перемалывает и выплевывает. Ройщики, по крайней мере, убивают быстро и чисто. Быстро – да, вне сомнения.

– Спата действовал не из корысти, а ради безопасности Роя.

– Лети обратно и защищай его, раз такой принципиальный. По мне, так действовал ли он из корысти или боролся за безопасность Роя, а все свелось к одному.

– Подонок сам напросился, – заявила Мерока. – Ты видел, как он навредил девочке.

Нимча спала на руках у матери. Казалось, сама Калис на грани полного изнеможения, словно перенесла часть мук дочери.

– Спата – плохой человек, – объявила женщина. – Он должен умереть, но быстро. Если бы позволили, для казни я выбрала бы нож.

– Всему свое время, – проговорил Аграф, пряча улыбку. – Есть регламент, и все такое. Состоится суд – все как положено. Раз грянул кризис, Рикассо потребует, чтобы оппозиционеры убедительно продемонстрировали ему верность. Если они не готовы – как выразился Спата – подчиниться его власти, не удивлюсь, что Рикассо предложит им рассесться по кораблям и лететь на другой край земли.

– Неужели он раздробит Рой?