– Об этом вы не говорили, – заметил Кильон.

– Не думал, что это поможет.

– Правильно думали. Допускаю, вывод преждевременный, но вы хоть представляете, что увиденное нами, тот символ, имеет отношение к Нимче и другим тектомантам?

– Честно? Нет, не представляю. Зато есть идея. Отметина у нее на голове… Ее способности… Все это появилось не по волшебству. Послушаешь, сделаешь мне одолжение?

– Я же никуда не тороплюсь.

– Предположим – подчеркиваю, только предположим, – что в свое время тектоманты играли в обществе некую очень важную роль. У вас на Клинке ведь есть гильдии? В Рое существует традиция родового наследования: корабли переходят от отцов к сыновьям и так далее. Иначе говоря, людям свойственна семейственность.

– По-вашему, тектоманты – какая-то гильдия?

– Воспользуемся пока этим термином. Гильдия тектомантов сложнее любой нам известной. Теперь давай предположим, что знаки и способности появились в результате прямого управления наследственными факторами, – примерно по той же схеме обычных людей превратили в ангелов. Чем бы ни занималась гильдия, какую бы цель ни преследовала, изменения требовались колоссальные. И непременно наследуемые, чтобы каждое поколение передавало способности следующему. Отметина у девочки на затылке лишь внешнее проявление внутренних отличий, которые куда сложнее и глубже.

– Значит, некогда тектомантов было много.

– Сотни, тысячи – кто знает? Достаточно для выполнения миссии, возложенной на них обществом. Разумеется, браки тектоманты заключали исключительно между собой. Гильдия наверняка была закрытой и самопополняемой. Думаю, чужаков изредка принимали, чтобы предотвратить вырождение, но приток свежей крови строго контролировался.

– Это ясно. Неясно другое: как дошло до нынешней ситуации, когда тектомантов так мало, что они кажутся почти сказкой?

– Что-то определенно случилось. Пожалуй, чересчур смело будет предположить, что дело в появлении Метки, в открытии Ока Бога, в появлении зон. Может, я забегаю вперед, это моя слабость. Но ты подумай: если цивилизация погибла, что стало с гильдией? Ее члены попрятались или, наоборот, вынужденно раскрылись и приспособились к жизни среди обычных людей? Влились в чужие семьи, разбавили свои наследственные факторы?

– Разбавили, но не растеряли, – отозвался Кильон, продолжая рассуждения Рикассо. – Наследственные факторы не исчезли, при оптимальном сочетании их хватает для рождения тектоманта. Хотя после перерыва в пять тысячелетий или сколько там минуло, это крайне маловероятно.

– Крайне маловероятно, согласен, не то тектомантов было бы пруд пруди. Нет, они появляются, но очень редко, как чудо, с точки зрения статистики. На каждого полноценного тектоманта, на каждую Нимчу наверняка есть другой, с правильным набором наследственных факторов, но неполным. Дитя со способностями, но без отметины. Или дитя с отметиной, но без способности смещать зоны. Они существуют, доктор. Их мало – да, пожалуй; но раз Нимча существует, она точно не одна.