– До референдума около трех недель. Мы должны его выиграть. Это просто. Более того, общественное мнение готово склониться на нашу сторону. Я признавал и признаю, что нам не везло, монархи попадались сплошь паршивые, но с этим новым королем у нас появился шанс, и терять его нация не должна.

Хью, закаленный в боях ветеран парламентской политики, посмотрел на часы.

– Допустим, вы ставите на нового короля. Сказать по правде, он мне и самому нравится. Но я в этом не участвую. Король там, не король, а я не допущу, чтобы моя партия потерпела еще одно поражение на выборах. Уоринг слаб, еще несколько месяцев, и мы сможем свалить его правительство.

– Вы меня разочаровываете, Хью.

– Сожалею, но это так. Новая партия сейчас не в моих планах. Примите мой совет: забудьте об этой идее. Совсем. – Не дождавшись ответа, лидер оппозиции перегнулся через столик. – Я серьезно, Дональд. Уоринг на грани. На это ушли годы, но мы, наконец, получили шанс. У британской республиканской партии больше нет перевеса. Следующие выборы за нами. И если вы думаете, что я буду стоять сложа руки и смотреть, как кто-то другой разрушает наши шансы, а даже если и вы, скажу все то же: не стоит. Я не позволю. – Он понизил голос и добавил: – Прошу простить за прямоту, но такова ситуация. Дональд, мы действительно близки к победе. На этой неделе у премьера остался перевес всего в четыре голоса! Вы же понимаете, что это значит?

– Да, я слышал о сердечном приступе Норриса, – сказал Дональд. – А кто еще?

– Белкнап, – негромко сказал Гриффит. – Старому прохвосту придется предстать перед комитетом по аудиту по поводу оффшорных кампаний. Уоринг давит на него, чтобы он принял вызов, но мои кроты сообщают, что Белкнап с радостью поменяет судебное расследование на отставку. И случится это еще до конца завтрашнего дня.

– Ну что же, тогда нам будет еще проще… – начал Дональд.

– Нет! Вы полагаете, что справитесь с этим стадом? Черт возьми, нет! – категорически заявил Гриффит. – Все, чего вы добьетесь, это раскола оппозиции, а значит, укрепления позиций Уоринга в тот самый момент, когда он наиболее уязвим. Какой в этом смысл?

– Я надеялся, что вы увидите новые возможности, – сказал Дональд. Он сделал знак метрдотелю, и тот подошел с маленькой деревянной коробкой. Открыв коробку, Дональд протянул ее Хью.

– Сигару? – спросил Дональд. – Прямо из Гаваны.

– Спасибо. – Хью взял сигару, провел ею под носом и глубоко вдохнул запах. Дональд взял сигару себе, метрдотель предложил гильотинку, чтобы обрезать кончик сигары, положил рядом с хрустальной пепельницей спички и отошел.