– Координатор, посол Содружества Планет просит встречи с вами. Я намекнул ему, что не время, но он настаивает. Можно ли впустить его сюда?

– Впусти, – велел т’Согидин.

Послов на съезды никогда не звали, но, по справедливости, если уж тут торчит Ен Пиран, почему бы не пригласить милейшего Агерро? Пусть он незнатен по происхождению, но должность у него не просто высокая – высочайшая во всем дипкорпусе. И настаивать зря он не будет. Раз ему так нужно увидеть координатора, разговор предстоит не о цвете нового халата, а о чем-то несравненно более важном.

Изящно сложенный эасец, разве что чересчур высокий на мересанский вкус, в безупречно скроенном халате, тяжелом от шитья, вошел и почтительно поклонился сперва координатору, потом всем собравшимся. Прекрасное владение собой и знание этикета, кое-кому не грех бы у него поучиться. Т’Согидин решил, что на следующий год непременно пригласит его быть гостем на съезде.

– Координатор т’Согидин, – видя, что в зале присутствуют не только мересанцы, Агерро заговорил по-хантски, – Салима ан-Найян аль-Саид поздравляет вас с окончанием года, желает процветания вашему миру и здоровья лично вам.

Процветания и здоровья! Т’Согидин понимал, что это не более чем дань вежливости, но фраза казалась ему издевательской. Если она действительно этого желает, пусть бы признала свое поражение в войне… ладно, что толку сетовать о несбыточном? хотя бы отозвала крейсеры, и здоровье бы сразу улучшилось, и планета как-то радостнее стала бы крутиться.

Но посол еще не закончил.

– Салима ан-Найян аль-Саид предлагает вам, координатор т’Согидин, обменять адмирала Ена Пирана на адмирала т’Лехина.

У Ена Пирана вытянулось лицо. Он весь подобрался, как зверь перед прыжком.

Т’Согидин, напротив, будто озарился изнутри. Салима сделала ему настоящий подарок на конец года. Да с ней, в общем-то, можно иметь дело!

– Передайте ей мой ответ. Да! – выдохнул он с облегчением.

Ен Пиран изрыгнул витиеватое проклятие, содержащее описание наиболее отвратительных видов человеческих фекалий. К счастью для него самого, ругался он по-гъдеански. Будь публике понятно то, что он сказал, оскорбленные аристократы нашинковали бы его своими стальными игрушками. Оставшись непонятым, он выиграл несколько секунд. Мысли метались быстро, как сам свет. Куда? – Домой. – С чем возвращаться? – А вот с чем! Он схватил за руки принцесс и торопливо поволок их из залы, не обращая внимания на визг неразумных девок.

Т’Согидин приложил к щеке переговорный камень и отдал приказ дворцовой охране:

– Взять адмирала Ена Пирана! Живым или мертвым, все равно.