Фархад смахнул со лба капли пота – мимо пульта, чтоб не замкнуло ничего. Ему не верилось, что они выбрались. Неважно, куда, неважно, с какими потерями – но выбрались из такой переделки, откуда еще никто никогда не выбирался.

– Найду ту падлу, которая в нас стреляла, – мрачно пообещал Хайнрих, переведя дух, – и ее… – он начал по обыкновению скрупулезно описывать, как обойдется с этой тварью и каких ежиков она после этого родит в муках. Фархад машинально запоминал, чтобы когда-нибудь использовать бессмертные цитаты. Самому придумать что-либо подобное у него воображения не хватит.

Иоанн Фердинанд, отстегнувшись, вылез из кресла. Вид у него был – как будто сейчас стошнит. Эти минуты за пультом без шлема дались ему нелегко. Под глазами темнели круги, лицо бледное, как полотно, жилка на виске вздулась. Он сделал шаг к дверям, пошатнулся при очередном толчке взбаламученного пространства.

Рырме, тихо сидевший в углу, встрепенулся, скользнул к мересанцу, поддержал под руку. Повел в коридор, бережно, словно инвалида через дорогу. До сегодняшнего дня он не понимал, почему какой-то синий получил в обход всех капитан-лейтенанта и за что Шварц сделал его старшим помощником, обидев Федотова, служаку со стажем. Он склонен даже был прислушиваться к Федотычу, ворчавшему, будто мересанец заработал все свои незаслуженные привилегии в постели адмирала. Теперь кое-что для Охотника прояснилось. Каковы бы ни были отношения Иоанна Фердинанда со Шварцем, тут он судить не брался – должности и званию он соответствует в полной мере.

– Электрическая сила! – вырвалось у т’Лехина.

Он не мог заставить себя поверить в то, что происходит. Но вот оно, прямо на его глазах. Конвульсии пространства раздавили солнце, слизнули с небес, как и не было.

«Двенадцатый» отчаянно вырывался из объятий гравитации. Мимо просвистел земной крейсер, устремляясь в черное ничто; по дороге его разодрало на части. Сердце екнуло.

И тут дыра начала схлопываться. Неторопливо, словно нажравшаяся каракатица. Ослабевающее тяготение позволило «Двенадцатому» вырваться, избежать гибели. Пространство еще лихорадило, но тряска стихала. Прореха затягивалась.

Перед тем, как дыра исчезла окончательно, из нее вывалился крейсер Земли. Весь измятый, обгоревший; вместо носового модуля – нечто оплавленное. Но на ходу: горячие ускорители сияют во всех диапазонах.

– Ну? – требовательно произнес знакомый голос по широкому каналу. – Кто это сделал, самки четвероногие?

«Райский всполох» вышел из прокола благополучно, точно по расчету. Но в первый же миг Ххнн Трагг усомнился, туда ли он попал. Отправляясь в очередной диверсионный рейд к Мересань, он ожидал, что его, как обычно, встретят земные крейсеры, расчистят ему коридор. Он перекинется парой слов с капитанами и пойдет внутрь системы трепать нервы гъдеанам – а если повезет, и что-нибудь более существенное, чем нервы. Однако реальность преподнесла ему сюрприз.