– Не нападут.

Зачем им нападать? Один выстрел гъдеанского эсминца уже сделал больше, чем могли бы нанести урона все эти крейсеры.

– Надо осмотреть планету с низкой орбиты, – сказал он. Он заранее ужасался тому, что увидит, но давил в себе эти чувства. Предаваться скорби будем потом. Сейчас необходимо спасать то, что можно спасти. – Найти тех, кто уцелел, и помочь им.

– Как? – задал вопрос т’Доррен. Горький вопрос. Масштабы массовой гибели должны быть устрашающими, но т’Доррену казалось, что выжившие позавидуют погибшим.

Если бы т’Лехин знал, как! По большому счету, планете без солнца ничто не поможет. У Мересань есть всего несколько месяцев, максимум полгода.

– Мы должны собрать выживших, – повторил он. – Наверняка среди них много раненых. Нужно оказать им медицинскую помощь, позаботиться, чтобы они не продолжали умирать. Надо организовать временные лагеря, пищу и кров. Мы клялись защищать мирных жителей Мересань, нам и заниматься этим. Тем временем координатор будет решать нашу главную проблему.

Солнце не вернуть. Значит, надо искать новое. Новую планету при новом солнце, ведь старую с собой не возьмешь. Закавыка в том, что все пригодные для жизни планеты кому-то уже принадлежат. Адмирал истово надеялся, что т’Согидину удастся как-нибудь это уладить.

Ночь была неуютной и беспокойной. Охранники бесцеремонно вытащили Эст Унтли из постели, чтобы она приготовила кофе господину директору. Все были на взводе. Бегали рабочие, жужжали за герметичными окнами погрузчики. Какая-то крупная красная звезда зло подмигивала с черного неба. Ежась в наброшенной на плечи шерстяной шали, Эст Унтли поставила перед директором поднос с чашкой на блюдечке. Он был спокоен, словно в диссонанс всей коридорной и заоконной суматохе, взял чашку, подул на горячую поверхность жидкости. Эст Унтли вдруг бросился в глаза пустой распахнутый сейф. Такое уже однажды было.

– Вы уходите? – пролепетала она, замирая.

Он кинул на нее равнодушный взгляд. Мебель опять заговорила. Но почему бы не ответить? Идут последние часы.

– Да.

– А мы? – тихо-тихо.

Вот потому он и не хотел с ней разговаривать. Всех жалеть – жалости не хватит. Не он, Захар, привез гъдеан и мересанцев на планету, принадлежащую не им, не он за них в ответе. Он отвечает за поставки траинита, ни за что больше. Если пытаться вывезти гъдеан, Земля недополучит стратегическое сырье. Пусть у Ена Пирана душа о них болит, если она у него есть, конечно.

– А вы – как знаете, – он сердито кинул ложку в пустую чашку, взял портфель и вышел, хлопнув дверью.

Эст Унтли не стала мыть посуду. Для чего стараться? Господин директор уходит. Она закуталась в куртку, натянула дыхательную маску и вышла на поверхность. На морозе было как-то особенно зябко.