— Рунгжоб, оставь жабу в покое! — настаивал знакомый голос. — У нас есть более приемлемые варианты.

— Отвали, полковник! — огрызнулся кенар. — Я же знаю, что для меня нет больше вариантов. Посмотри, как я изуродован! Эта хищная тварь чуть не откусила мне голову!

— Сфинкс очень опытный оперативник. Я ведь много раз предупреждал тебя, что он сделает это, если ты не начнёшь думать своей головой и принимать правильные решения.

— Вот я и принял! Теперь всё будет по-моему! Он сделает, что я прикажу, иначе я раздавлю жабу.

— Птичка…

— Даже не вздумай! — фальцетом пискнул кенар. — На этот раз ты мне не помешаешь!

— Я тебе помешаю! — заявил я, решительно входя в блок изолятора в надежде, что правильно оценю обстановку за ту пару секунд, пока меня не превратят в золотого болванчика.

Диспозиция сложилась занятная. Все камеры, насколько мне хватало взгляда, стояли пустыми. Так и планировала Вересаева, всё верно. Но две самых ближних ко входу были не просто пусты, а взломаны. Причём, взломаны довольно оригинальным способом. Несгибаемые стальные прутья решетки, выкованные по спецзаказу в два пальца толщиной, с применением особой технологии закалки и цементации, при помощи руки Мидаса обратили в золото. А затем разжали в стороны, воткнув между ними каменный огурец. Вот, значит, ради чего был разгромлен склад вещдоков, взломщики искали саженцы.

Каменный огурец — это такое растение-паразит, сорняк из одного сурового мира, располагающегося по соседству с Землёй, на оранжевой линии. Его почти не возят контрабандой, потому что он никому не нужен, от него нет никакого толка. Только если хочешь нагадить своему смертельному врагу, можно бросить во двор семечку.

К утру огурец пустит корни глубоко в землю, высосет всю доступную воду на участке и отрастит плод длиной метров двадцать-двадцать пять. Свежий плод у стебля упругий, розовый, а вот на другом конце быстро отмирает и каменеет. Если кончик регулярно, каждые полчаса не откалывать, придётся решать большую тяжёлую проблему с нескончаемым гранитным бруском, который всё прёт и прёт из земли. Вырывать его знатоки не советуют, на том же месте вскоре появятся два, а то и три новых.

Ввоз огурцов на Землю категорически запрещен. Случилось это, когда на строящейся станции сбили с ног одного нелегала при задержании. Изрядно поваляли по земле, но потом, по раздолбайству оперативников, участок не проверили. И теперь наши строители вынуждены непрерывно утилизировать бесконечный гранитный бордюр, лезущий сам собой из земли. Пока удаётся сбывать его городским властям для укладки вдоль дорог, но ниша эта не бездонная, рано или поздно даже мегаполис скажет: "Хватит, довольно!"