При одном взгляде на нее сердце в груди заходилось, да только знал Кощей, с кем имел дело.

— Мне никто и никогда не отказывал!

— Все когда-нибудь случается впервые, Моревна.

Она вздохнула и призналась:

— Считала, просто слуга он. Все выясняла, чем ты его прельстил. Выбор ведь и повернуть можно, когда он не от сердца. А у кого может быть от сердца, когда завещан с рождения?

Кощей кивнул. Он и сам полагал так вначале.

— Думала, он начнет ставить условия. Я приняла бы. Даже не настаивала бы, чтобы с тобой не виделся. Срок установила бы вполне посильный даже для смертного человека: три года, три месяца и еще три дня. Для тебя, Бессмертный, время пролетело бы мигом одним. Ворону твоему — урок был бы. А я отомщенной себя почувствовала. Только он…

— Не таков, чтобы торговаться, — произнес Кощей с невольным теплом в голосе. — Ладно, Моревна, будет тебе перемирие. Путь для меня откроешь?

Она пальцы расплела, чистые ладони ему показывая:

— Слово даю: могла — открыла бы! Только богам дорога туда заказана. Для того, чтобы границы мира теневого достичь, себя преодолеть нужно, добровольно отказаться от бессмертия.