— Боец, — хихикнула лисица и сощурила рыжие глазища. — А меня зовут Ки-цу-нэ. Тебе, говорят, до восточной окраины моря лесного добраться нужно?

Влад кивнул.

— А ты провести можешь? — уточнил он.

— Конечно, — заверила лисица. — Золотой Полоз землю раскурочил, все стежки-дорожки перепутал, да только я в лесу каждый кустик и травинку знаю. В отличие от Волка вашего, всю жизнь здесь прожила, а лет мне очень немало, Ворон.

Некоторое время он молчал. Баюн, сидевший рядом, аж извелся задом по земле елозить.

— И что же ты хочешь за помощь?

— Тот, у кого в чертогах твой друг томится, враг мне. Из-за него вынуждена я по лесному морю ходить, лапы в кровь сбивая, а не на подушках шелковых возлежать в императорских покоях, — отвечала лиса. — Если ты победишь его и своей цели достигнешь, не будет мне большего удовольствия.

Не доверял Влад тем, кто из-за мести одной помочь соглашался, однако делать было нечего. В восточных землях говорили: враг врага — друг первейший. Возможно, и жили по этой мудрости.

— Ну как, Ворон? Принимаешь помощь мою?

— Принимаю.