– Это правильно. Иначе выйдет, что Брес своего добился. Сейчас каждая минута промедления может стоить всей войны.

– Но мать… – Гордый невольно посмотрел туда, где лестница вела наверх, в покои хозяйки Твердыни.

– Не думаю, что она бы возражала, – пробормотала Лорелея.

Высоко подняв брови, Гордый уставился на нее. Пристыженная Лорелея опустила взгляд.

– Прости, – покаялась она. – Я видела слишком много смертей и утратила всякое почтение к покойникам. Могу думать только о том, что происходит после.

– После происходят похороны! – вспыхнул Гордый.

– А иногда – новые убийства, – мрачно возразила Лорелея, все еще глядя на носки своих сапог.

– Ты не видела Младшего?

– Во дворе был.

Они вместе вышли во двор.

Младший и Эйнли стояли у конюшен. Эйнли держала Седьмого Ворона за руку и что-то взволнованного говорила. Младший смотрел в сторону, хмурясь. Он слушал ее, но не слышал.

Вдруг глаза Эйнли широко распахнулись, она ахнула и вцепилась в руку Младшего изо всех сил.

– Смотри! Смотри! Это он!

Резко обернувшись, Младший увидел, как в ворота замка заходит высокий худой человек в лохмотьях. Лицо его пугало мертвенной бледностью и болезненно горящим взглядом.

– Кто это? – спросил Младший.

– Лорд Сова, – произнесла Эйнли с дрожью в голосе. – Человек, который меня спас!

Раздался вскрик – Гордый Ворон бегом бросился навстречу незнакомцу и схватил его за руки.

– Это ты! – рассмеялся Гордый. – Ты вернулся! Ты теперь с нами!

Не в силах сдержать чувств, он прижал лорда Сову к груди и стиснул в объятиях.

* * *