— Он всё время вас звал, — шепнула мне Людочка, вытирая тампоном пот со лба Клифа.

Мы устроили американца здесь же в лаборатории, в соседнем отсеке, уложив на преператорс-

кий стол. Переносить Клифа в мой вагончик было рискованно — рана оказалась слишком серьёзной.

— Люда, принеси-ка аптечку из сейфа, — велел Радостин, осмотрев Клифа, — до вертолёта надо бы ему анальгетик вколоть и какой-нибудь антибиотик. Не дай Бог, воспаление начнётся.

Клифу сделали несколько уколов, и он ненадолго очнулся. Увидев меня, он быстро заговорил, путая языки:

— Сергей Александрович, I cheat…Я обмануть Гриффит. Я списать empty… пустой файл. Пустой… — Клиф снова впал в забытьё.

— Спасибо, дружище, — я сжал его горячую руку, понимая, что он уже не слышит меня.

В отсек ворвался Шатохин. Его левая рука, замотанная в окровавленный бинт, висела на при-

вязи, но по горящим глазам майора я понял — взяли!

— Как он? — спросил Шатохин, подойдя к Клифу.