— Передать читателю то отношение, которое он должен испытывать перед образом Йешуа, благоговение, величие…

— Именно! Величие, страх, безапелляционное превосходство, что веками позже использовалось с целью создания империй и подчинения целых народов власть имущим, действующим «от имени бога». Но говорил ли он сам так, как здесь написано? Мне отчетливо видно, как просто он произносит эту фразу, имея в виду бессмысленность саморекламы, тщетность раскрутки собственной персоны, суетность популяризации самого себя. «Будут дела, будет и имя» — вот такая перефразировка мне по душе. И уж тем более, он не писал так о себе. Если бы ему дали перепроверить готовый текст, на страницах бы места живого не осталось! Понимаете, Йешуа не фокусирует все и вся на себе. Наоборот, он пытается дать понять, что каждый из нас одинаково ценен и одинаково божественен. Вспомните хотя бы тот эпизод, когда он общался с народом, а ему сообщают о том, что мать и братья его ждут. Может они никак не могли попасть к нему, физически, как мы с вами бываем не в состоянии передвигаться по Off-у в самые горячие часы и пользуемся милостью друзей, передающих нам бутылки. Может они и не хотели и просто попросили передать ему, чтобы он не задерживался, на что он ответил довольно странно для всех тех ушей: «Кто мать моя? Кто братья мои? Те, кто исполняет волю отца моего, те и братья мне, и мать». Эти люди и так не догоняли его мысль и упускали ускользающий смысл его притч, а тут еще и такой вот поворот. Помнится мне, там отмечено, что он указывал на учеников своих, говоря эти слова, но ведь он бы не противоречил сам себе. А что до учеников, то они были простыми людьми из народа, и их часто бросало из стороны в сторону. То они понимают его с полуслова, то упираются и не могут воспринять его слова. Как сказал «поразят пастыря и овцы разбегутся», так и случилось. И Шим'он возмущался тем, что Йешуа сказал, что тот трижды предаст его, даже потом еще и ухо отсек человеку в порыве гнева, а после что, не отрекся от него? Отрекся.

Филипп снова налил себе вина и стал медленно ходить по комнате с бокалом в руке.

— Я немного отвлекся от мысли, которую хотел развить — о том, как Йешуа действовал. Несомненно, умея ценить время и ощущать значимость каждой минуты, Йешуа все же не торопился с действиями. Прежде всего, он наказал всем его ученикам ни под каким видом не трезвонить о нем повсеместно, а делать все скрытно. Пока что ему нужно было подготовить людей к тому, чтобы как-то начать доносить до них суть своих познаний. Йешуа понимал, что чем активнее он будет действовать, тем быстрее достигнет точки невозврата, после которой все должно будет выйти из-под его контроля, но и медлить было нельзя: даже таким обычным людям, как он, выделяется определенное время на то, чтобы оправдать свою роль в этой драме под названием Жизнь. И вот, он сначала говорил, что бог — это дух, а с какого-то момента очень осторожно ввел еще ипостаси отца и сына, и этими тремя образами он успешно достигал своих маленьких целей. А ведь ему что нужно-то было?