Донкад опустился на аскетичный деревянный трон – его словно ударили молотом по сердцу. Слезы подступили к глазам, но и облегчение охватило его. «Умер… от ран, нанесенных Ан Бегом?»

«Умер… – Голос стал еще тише. – Да, почти. По крайней мере, настолько же мертв, насколько может быть мертвым Ши».

Это был коварный удар. Донкад огляделся, но вокруг никого не было видно. «Так мертв он или нет, ты, дух?»

«Какая разница. В нем становилось все меньше и меньше человека. Теперь у него нет границ. В это самое мгновение он может быть здесь или являться по ночам к твоей постели. С легкостью он сможет приходить куда угодно. Он будет по-прежнему защищать свой замок и своего сына всеми имеющимися у него средствами – а этих средств немало».

Дрожь охватила Донкада. Ему становилось все холоднее, словно тепло вытекало из него навсегда. Это была правда: у него был племянник – наследник трона через Меру, Эвальда и Бранвин, и все эти собравшиеся войска знали это. И ничего не стоило объявиться мятежнику, который поднимет всех именем мальчика, чтобы они могли воспитать его, как им угодно, когда он окажется в их властолюбивых руках.

«И это первая опасность», – подумал Донкад – хотя кто знает, ему принадлежала эта мысль или его темному советчику, который так слился с ним теперь, что уже невозможно было отличить одного от другого. «Мальчик Келли. Наследник Лаоклана, сын моего брата и родня Дру. В Кер Велле, рядом с Ши».

– Это безумие, – сказал Леннон. Его светло-голубые глаза были затуманены элем, когда Донал нашел его рядом с кухней, – слишком много любимых он потерял, к тому же и небо все больше темнело.

– Не говори никому ни звука, – промолвил Донал. – Лишь помоги мне в спокойствии удержать народ. Ступай к людям. Узнай, сколько из них находится здесь и сколько из них могут ехать верхом, хоть как-нибудь. И скольких придется везти.

– Да, – ответил арфист, у которого был дар держать в памяти многие вещи и цифры.

– На юг, – повторил Шон, когда Донал пришел к нему в конюшню. – О боги. С повозками?

– Лучше в руки Ши, чем на милость Донкада, – ответил Донал. – В этом я могу поклясться. Не болтай ни о чем. Разошли своих мальчиков за хуторянами. Пусть все соберутся к закату. И скажи им, чтоб были осторожны.

И наконец он приказал Ковану, который ухаживал за Илерой Кирана, упрямо и верно, как всегда по утрам:

– Всех лошадей, Кован. Всех до единой. Мы не оставим ни одной разбойникам Ан Бега. Всех привести в замок. И быков для повозок.

– Да, – задумчиво поджав губы, ответил Кован. Не отрываясь от своего дела, он подозвал мальчика и дал ему указания.