Так шла подготовка. А слухи все ползли: «Враг близок. Граница прорвана. От этого вся эта беготня».

Донал не опровергал этих слухов. Они были ему на руку. Он появлялся тут и там со встревоженно хмурым видом и уже не заботился о том, кто что подумает.

– Это правда? – спросила его мать. – Северу грозит опасность?

И тогда он решил довериться еще одной душе.

– Возможно. Мама, мы уходим на юг. И очень скоро. На то есть веские причины. Хотя пока я не могу о них сказать. И если Барка действительно отбросили назад, то мы должны уходить как можно скорее: ради спасения наших жизней мы должны идти и укрыться у господина Дру, пока все не закончится. Ты знаешь крестьянок, на которых можно положиться? Назови мне их имена – тех, кто может повлиять на остальных.

Она сомкнула губы, нахмурилась и назвала.

Кузница работала вовсю – ковалось железо, чинились колеса. Леннон мелькал тут и там, как рыба во встревоженных водах, навещая беженцев, исполняя песенки, чтобы отвлечь от невзгод, интересуясь здоровьем того старика и этой старухи или возрастом какого-нибудь младенца. Шон и Кован привели лошадей – негодующих кобылиц и жеребят, старых меринов, привыкших к вольной жизни и теперь демонстрирующих свой характер, и, наконец, быков, которые тяжело двигались мимо укрытий и даже свернули один навес под вой и возмущенные крики старух.

Донал переходил от места к месту, занимая пажей и крестьянских юношей заточкой оружия, а старым воинам поручая более тонкое дело по ремонту конской упряжи, принесенной со складов. Он старался быть на людях как можно больше: и если не вмешивался детально во все подробности, то хотя бы хвалил то, что делали опытные люди. И все большему количеству людей он доверял свою тайну, беря с них, где надо, клятву, чтоб они молчали.

Но даже молчание порождало слухи. «Слишком тихо», – начинали звучать голоса. «Почему молчат те, кому все известно?» Он слышал и другие шепотки, смысл которых не мог разобрать, и это вселяло в него беспокойство. А всякий раз как он оказывался на стене, он не мог удержаться, чтобы не посмотреть на север, уповая на то, что увидит каких-либо всадников – может, Барка и Ризи с Роаном, возвращающихся домой; но на самом деле он опасался увидеть крупное конное войско – Кер Дав и Брадхит, которые могли возникнуть на горизонте. И по-прежнему их окружало все то же плотное кольцо туч: «Нам придется миновать его, если мы едем на юг, придется погрузиться в эту мглу».

И от этих промозглых мыслей он механически повторял себе: «Господин Киран знал бы, что нам делать».