– Нет, – сказал Барк, – Ризи, вернись.

– Я вижу Маддока.

– Кер Велл, – промолвил Барк. – Ризи, Кер Велл. Помни о нем.

И южанин повернул свою лошадь – она прижала уши и раздула ноздри, глаза дико вылезли из орбит; она рвала узду и ржала, спотыкаясь от изнеможения. Отряд пустился в бегство, день мерк, и дождь обрушился на них, бил по плечам тяжелыми струями.

И все же Смерть не отставала; и лошади, безумно рвавшиеся вперед, теперь передвигались со странной медлительностью. Их преследовали гончие – темные скачущие тени, а в холмах завывала Бан Ши. Смерть ехала совсем рядом, и кости просвечивали сквозь ее призрачную плоть; всадница повернула к ним свою закрытую капюшоном голову так, что они оказались почти что лицом к лицу.

– Смерть, – закричал ей Барк, охрипший от отчаяния, – согласна ли ты на сделку?

– Бывает, я заключаю их.

– Тогда верни нам моего господина!

– А узнаешь ли ты его? – Ее лошадь ускорила шаг, но кони отряда почему-то не отставали. Мрак все сгущался, рождая ночь и ужас. – Тогда следуй за мной: железо не страшно для моих путей. Запомни это, сын Скаги.

– Барк! – раздался у него из-за спины голос Ризи. – Барк… о боги…

– Не оглядывайся, – промолвила темная всадница рядом с ним и мелькнула, затемняя свет и жизнь. – Кер Велл пуст: твоя госпожа раньше тебя ушла на поиски господина… Ты будешь сражаться? Я дам тебе кровь и отмщение!

Барк следовал за ней: он не выпускал тень из виду и слышал лай гончих за собой, и свет мелькал меж мертвых деревьев и запустения под красной отравленной луной. Ни одной звезды не было в этой ночи. И ветер приносил с собой лишь отчаяние.

– Барк… – Всадники окружили его, то были его люди, Ризи, воины с бледными знаменами – так выглядела чернота стягов сыновей Дру: самые темные краски мира бледнели перед мраком той ночи.

Что-то белесое трепетало, и силуэты оленей пробегали мимо них, преследуемые тенями гончих.

«Остановитесь, – шептали голоса из-за деревьев. – Там дальше боль и раны. Этот лес менее опасен, чем путь вперед».

«Ваша госпожа найдет вас здесь, – шептали другие. – Ваш господин сам отказался от возможности вернуться. Сворачивайте, не езжайте дальше. Тьма вам подарит мир».

– Нет! – вскричал Барк голосом, который обычно был слышен и в пылу битвы, но здесь он казался слабым и тусклым. – Не обращайте внимания на голоса!

А потом к ним присоединились другие всадники с бледными лицами, и лошади их ступали бесшумно.

– Маддок! – вскричал Ризи. – Оуэн! – И третий всадник подъехал ближе.

– Ты видишь, я не покинул поля боя. – То был Блин, сын Шона.