– Идемте, – взмолился Граги, – о человек, Граги знает тебя – много мы проехали вместе, – идемте, идемте, о, поспешайте! С севера и запада они наступают, темные твари и мгла. Садитесь, садитесь все, кто может ехать верхом, – Граги вас поведет!

И словно чары опустились на всех – воздух дрожал от волшебных трелей. Люди вскарабкивались на неоседланных лошадей, которые молча подставляли свои спины, передавали друг другу детей, смотревших вокруг с изумленным видом. Мев ухватилась за гриву Флойна, пытаясь залезть, и Флойн даже не шелохнулся, пока она неловко взбиралась на него. Ее брат уже сидел на Фланне. Донал помог их матери и Мурне сесть на белоносую кобылу и дал в руки Бранвин повод.

– Мой муж, – раздался женский голос.

– Мой сын, – откликнулся другой. – Как они найдут нас? Куда мы отправляемся?

– В безопасное место! – резко ответила их мать. – Туда, где они сами хотели бы вас видеть.

– Позволь мне остаться, – промолвил Донал, держа за повод Илеру, кобылу господина. – Я найду остальных.

– У тебя есть другие обязанности, – оборвала его Бранвин. – У тебя все еще есть господин – отправляйся с нами.

– Вперед! – крикнул Граги, словно слившись с коричневым пони, на котором он восседал, поджав колени, и помахал косматыми руками. Воздух заколебался, мутный рассвет затянулся туманом, и ворота стали казаться прозрачными.

Перед ними лежал лес. Граги ехал впереди на своем пони, а за ним все остальные; Донал нехотя шел пешком, ведя Илеру рядом. Потом ухватил ее за гриву и взлетел к ней на спину. Он проехал вперед и снова вернулся назад, и лицо его не выражало того горя, что отзывалось в дарах Ши, когда он был рядом.

– Держитесь вместе! – услышали дети его крик. – Подтягивайтесь, подтягивайтесь – госпожа распорядилась. Удача с нами, как всегда. Не упускайте друг друга из виду, окликайте друг друга, если кто задержится.

«Мы оставили Барка, – думала Мев. – И Ризи, и всех воинов. Я могла бы пойти к нему». Она сжала дар Ши на своей шее, гадая, удастся ли ей достичь границы, которой она никогда не видела. Но нет, подумала она, чувствуя странную непоколебимую уверенность, как бы она ни была болезненна, – путь стелился перед ними, и она должна была быть с Келли – и опасностей на этом пути было не меньше, чем поджидало воинов Барка. Их путь лежал здесь, и она не могла покинуть его.

Вскоре меж деревьями замелькали другие создания. Шли олени, двигаясь, как призраки, сквозь мглу и туман, пробегали лисицы и иное зверье – словно жизнь покидала Кер Велл. Мев оглянулась и посмотрела на растянувшуюся колонну – конец ее терялся в тумане, – лошади, всадники, кое-кто из мужчин шел пешком, неся на закорках детей. Даже огромные быки и прочий скот шел следом, без привязи, двигаясь с терпеливой осторожностью; рядом бежала отара овец совсем не по-овечьи сосредоточенно. Тут была и старая пятнистая гончая, уже почти совсем слепая; жеребята следовали за кобылами. Из тумана вынырнул Донал, следивший за движением – перед ним на лошади сидел какой-то ребенок. Дар Ши горел. Мев держала его в руке и ощущала, что Келли рядом. Она снова взглянула на лес – путь становился все темнее. Деревья уходили вверх, и туман густел; но они все время видели мать с Мурной и коричневого пони Граги, помахивающего хвостом. Мев завернулась в плащ, почувствовав холод, и мысленно поблагодарила мать за то, что та позаботилась о теплой одежде.