– Скоро вернусь! – крикнул я на бегу. – Только сообщение девушке отправлю…

Память моя так устроена, что иногда ей надо дать хорошего пинка. Я ведь чуть не забыл, что собирался сегодня отправить еще одну примирительную эсэмэску Лине. Слово «пневмопочта», вовремя произнесенное Фишером, стало таким пинком. К счастью, еще в прошлый раз я заметил в полуквартале от офиса «Би-Лайма» обычную полосатую будку.

– Простое сообщение! – выдохнул я, заскакивая в будку. – Без вложения!

Сиделец отложил книжку – детектив, судя по яркому рисунку на переплете, – принял деньги и выдал бланк с этикеткой. Текст я уже придумал, пока бежал, поэтому мне оставалось только его записать. И совсем скоро труба с громким чмоканьем проглотила мое новое послание Лине, длиннее прежнего: «Сдаюсь. Не сердись. Пожалуйста, напиши. Не хочу больше ссориться».

– Будете ждать ответа? – спросил сиделец. Ему не терпелось вернуться к своему детективу.

– Обязательно! – твердо сказал я.

В прошлый раз контейнер возвратился обратно быстро – пустым. Но сегодня ждать пришлось намного дольше, и это внушало надежду. Только через семь с половиной минут (я засек время!) фирменное чмоканье повторилось, и труба изрыгнула в лоток металлический цилиндрик.

– Есть ответ и к нему аттачмент, – объявил сиделец. – Тут коробка – тара негабаритная. По новым правилам вам придется доплатить за нее еще двадцать рублей. Забираете?

– Да, да! – Я сунул ему мелочь, схватил свернутую записку с аттачментом и выскочил на улицу.

Первое, что меня поразило, – бумага, грубый тетрадный листок в клетку. Второе, что бросилось в глаза, – почерк. Он был незнакомым и корявым. Третье, что я сразу заметил, – отсутствие всяких знаков препинания. Как в телеграмме, только без ТЧК и ЗПТ.

Содержание письма я осмыслил позже, когда перечитал текст в третий или четвертый раз и открыл узкую картонную коробку. Меня как будто швырнули в темную воду. Берег далеко – не доплыть. Дна под ногами нет – не оттолкнуться. Я бесконечно падаю в бесконечную глубину. Синие водоросли оплетают шею, забивают рот – не выпутаться, не двинуться, не вздохнуть…

Оказывается, у Рыбина тоже был запасной план.

Глава двадцать вторая. Девушка на танке

Глава двадцать вторая. Девушка на танке

– Кончай верещать! – потребовал Фишер. – Лучше прочти мне еще разок. Медленно!

Текст я уже выучил наизусть и мог механически произнести его, не заглядывая в бумажку:

– «Привезешь ворона в Оск-во завтра до полуночи а то с девчонкой будет то же что с ним. У».

На черном оперении моего скворца Карла засохла бурая капля крови. Уложенный в узкую и длинную коробку, он и сам вдруг сделался очень длинным, каким никогда не был при жизни.