Чего она медлит?

Тут Арктур бросился на кузину, увлекая за собой всю свору. Он твердо держался на ногах, уверенно наносил смертоносные удары и не намеревался оставлять противникам ни единого шанса. Не переставая обороняться, Ситула свободной рукой сгребла меня с пола и с поистине нечеловеческой силой швырнула через весь зал. Я в третий раз повалилась навзничь и глухо застонала.

– Пейдж!

Арктур метнул мне связку ключей. Безымянная воительница ринулась было за ней, но я оказалась быстрее, сгребла связку и со всего маху треснула нападавшей в нос.

Арктур справится без меня. Ему поручено защищать богоданный клан – в таких боях он мастер. Мое присутствие будет только отвлекать. Я вскочила и бросилась наутек.

– Схватить ее! – завопил Тубан, перекрывая мелодию. – Мирзам, Хэцзэ, привести странницу ко мне! Подошвы скользили по черно-белому мрамору. Два рефаита пустились было в погоню, но Арктур преградил им путь. Не чуя под собой ног, я миновала Королевские покои – сердце колотилось как бешеное, пульс зашкаливал – и чуть не проломила лбом белоснежные створки.

Связка была липкой от крови. Дрожащими руками я перебирала ключи. Издалека доносился звон мечей. Пока он звучит, Арктур еще жив.

Ключ с головкой в форме цветка подошел. Щелкнул замок, двойные двери распахнулись.

В Версале тебе предстоит сделать единственную вещь – убить того, кто заправляет тюрьмой.

Передо мной во всем блеске предстала Зеркальная галерея. Позолоченные статуи с руками, воздетыми к барочному потолку, держали подносы с масляными свечами. Их мерцание преломлялось в зеркалах, разделенных пилястрами и выстроенных вдоль стены, напротив стрельчатых окон. Еще не зажженные хрустальные люстры с множеством подвесок сверкали и переливались. Очевидно, Менар приказал повесить новые взамен украденных скитальцами.

Музыка оборвалась. Каждый шаг эхом разносился под сводами. Со стилетом в руке я шествовала вдоль зеркал, в которых отражалась грязная, загнанная девчонка со всклоченными медными волосами, больше похожая на бродяжку, чем на наемницу.

Одно из зеркал складывалось наподобие ширмы. За ними разгуливал мужчина с сигарой, в зеленом халате поверх безупречно отутюженных брюк и в начищенных до блеска ботинках.

– Привет, Джекс, – тихо окликнула я.

Джексон смерил меня оценивающим взглядом и расцвел в улыбке гордого отца:

– Пейдж. – Вместе с моим именем изо рта у него вылетело облачко дыма. Ни дать ни взять огнедышащий дракон в логове. – Явилась, блудная дочь! Добро пожаловать, лапушка, в обитель проклятых. Милости просим во Второй Шиол.