Он знал про «Домино». Про Менара.

Вообще про все.

Осознание чудовищности ошибки встало передо мной в полный рост. С такими сведениями Арктур не просто навредит революции. Он подавит ее в зародыше. Все мои друзья, соратники закачаются на виселице – и все по моей вине!

Я проторила для него дорожку к победе. Научила пускать пыль в глаза Сайену.

– Похоже, кое-кто начал постигать масштаб катастрофы. Без тебя мне бы не удалось подобраться к Синдикату. Разумеется, я даже не предполагал, насколько далеко ты готова зайти ради «Экстрасенса», иначе нашел бы способ тебя остановить.

Ноги подкашивались. Наверное, это последние отголоски лихорадки, галлюцинация.

– Это могло длиться еще долго. Твоя наивность поистине безгранична. Однако мне пора вернуться к наследной правительнице и доложить ей о своих успехах, – торжественно провозгласил Арктур. – Вместе мы сокрушим всякую искру революции и завоюем этот мир. – Уголок его рта ехидно выгнулся. – Рефаим в долгу перед тобой, темная владычица.

Сколько раз мне хотелось застать его улыбающимся. Но не при таких обстоятельствах. Улыбка конфигуратором искажала его черты, превращала в незнакомца. Спустя, как мне почудилось, вечность я смогла перевести дух.

– Нашира… требует тебя назад. В качестве принца-консорта.

– Такова ее воля. Она знает, что я переступил через себя ради нее. Разве я не заслуживаю награды, Пейдж?

Мое имя звучало издевкой в его устах.

– Скажи, ради нее ты накануне пришел ко мне в спальню?

Арктур не удостоил меня ответом, только продолжал ухмыляться.

– Ты – Арктур Мезартим, предводитель Рантанов. Верный слуга Моталлатов, презирающий Саргасов. – Я старалась говорить спокойно и рассудительно. – Ты ведь не станешь отрицать, что веками делал все, что в твоих силах, для свержения узурпаторов.

– Делал и поплатился за свое предательство. Вот только Моталлатов больше нет. И виной тому люди.

– Арктур…

– После вероломного поступка Джексона Холла я понял, что наследная правительница права в отношении вас. Человечеством должна править твердая рука. Португалия повержена, король Испании мертв. Ты проиграла.

– Довольно. – Я подалась вперед, чувствуя, как страх перерастает в злобу и панику. – Арктур, прекрати. Чем бы она тебе ни грозила, чем бы ни шантажировала, мы найдем выход! Мы…

– Нет никаких «мы», нечестивица! Твое правление окончено. Отныне ты – презренная плоть, тлеющая на костях.

Я невольно содрогнулась под натиском его презрения. Перед глазами пронеслась вчерашняя ночь, и на кроткое, мучительное мгновение я увидела ее сквозь призму ненависти рефаитов к людям. Увидела, какой омерзительной и развратной я кажусь.