— Демонесса Похоти.

— Пропала, говоришь? И как давно, Инеб Кашель?

— Примерно тогда же, когда внезапно скончался Некротус.

— И как скоро после коронации Макротус объявил о запретах?

— Я задыхаюсь в этой одежде!

Бошелен протянул руку:

— Дай расстегну пуговицы… понятно, они только для вида. Может, разрезать?

— Нет. Лучше выпью еще. Вот так, отлично. Запреты? Примерно через неделю, за которую новый король уже успел… подготовиться. Возвел культ Госпожи Благости в ранг официальной религии — если хорошенько подумать, это стало предзнаменованием всего последующего. Набрал целую армию благочестия, дав ей право следить за поведением каждого гражданина Дива. Во имя Бездны, нам следовало это предвидеть! — Дернув себя за воротник, Инеб снова бросил взгляд на Сторкуль Очист и придвинулся к чародею еще ближе. — Ты ведь что-то замышляешь, да? Что именно? Расскажи!

— Я подумывал взять у твоей спутницы некоторое количество крови.

Демон уставился на собеседника, затем облизал губы.

— И… и сколько же крови ты имел в виду?

Бошелен взял бутылку с китовой спермой, внимательно ее разглядывая.

— Ну… это зависит от чистоты.

— Ага, понятно. Кровь должна быть чистой. Думаю, Бошелен, что ее кровь воистину чиста. С учетом этого… речь идет о смертельном количестве?

Чародей поднял брови. Поднеся бутылку к глазам, он взглянул на густой осадок на дне, затем встряхнул ее.

— Увы, трудно сказать. Смотри-ка, они все еще живы — как такое может быть? Я уже не уверен, что эта сперма принадлежала киту. Нет, вряд ли. Любопытно.

— Ты собирался попросить Сторкуль дать кровь?

На аскетическом лице чародея отразилось удивление.

— Попросить? Признаюсь, об этом я не подумал.

— И вообще, — Инеб сжался в комок, — что ты собираешься делать с ее кровью?