Так маневрировал Кугель, огибая шумящие справа и слева водовороты. Но звезды затянуло туманом, и Кугелю пришлось бросить якорь.

— Все в порядке, — сказал Кугель. — Здесь мы в безопасности, и нам еще многое предстоит обсудить.

Девушка отползла от него как можно дальше, но Кугель сделал пару шагов и присел к ней на корме:

— Я — твой супруг! Почему ты не радуешься тому, что мы наконец остались наедине? Моя комната в трактире была удобнее, но и лодка подойдет.

— Нет! — шептала Марлинка. — Не трогай меня! Церемония ничего не значила — мы просто тебя обманули, чтобы ты поднялся на дозорную башню.

— Чтобы я просидел там шестьдесят лет и, обезумев от одиночества, ударил в гонг?

— Я тут ни при чем! Я просто пошутила! Но что станет с Вуллем? На башне никого нет, древние чары рассеются!

— Тем хуже для вашего народца предателей и лжецов! Так им и надо! Они потеряли сокровища, потеряли самую красивую из девушек — а когда взойдет Солнце, их накажет Магнатц!

Марлинка пронзительно вскрикнула, но ее голос потонул в глухом тумане:

— Не произноси это проклятое имя!

— Почему нет? Я буду кричать так, чтобы мой голос разносился по всему озеру! Я сообщу Магнатцу, что заклятию пришел конец, что теперь он может отомстить от души своим тюремщикам!

— Нет, нет! Пожалуйста, не надо!

— Тогда веди себя хорошо и не противься моим желаниям.

Обливаясь слезами, девушка подчинилась; через некоторое время через туман стало просачиваться бледное красное зарево — начинался рассвет. Кугель выпрямился в лодке во весь рост, но еще не мог различить никаких ориентиров.

Прошел еще час; Солнце всходило все выше. Жители Вулля скоро должны были обнаружить пропажу дозорного — и пропажу сокровищ. Кугель усмехнулся. Утренний бриз рассеивал клочья тумана, в разрывах появлялись знакомые Кугелю детали ландшафта. Подскочив к носу лодки, он стал вытягивать якорный трос, но, к его вящему огорчению, якорь застрял.

Кугель стал дергать якорь — он понемногу подавался. Кугель налег на трос изо всех сил. Из-под воды стали подниматься огромные пузыри.

— Водоворот! — ужаснулась Марлинка.

— Никаких водоворотов тут нет, — запыхаясь, отозвался Кугель и снова дернул якорь на себя. Натяжение троса ослабло, и Кугель стал его вытягивать. Взглянув в сторону, он увидел гигантское бледное лицо. Якорь зацепился за ноздрю исполина. Чудовище открыло глаза.

Разрубив якорный трос, Кугель бросился к веслам и стал лихорадочно грести к южному берегу.

Над водой поднялась рука величиной с дом. Рука пыталась что-то схватить. Марлинка завизжала. Озеро всколыхнулось, поднялась огромная волна, отбросившая лодку, как щепку, к южному берегу. Посреди озера Вулль сидел Магнатц.