— Я еще не договорился о ночлеге. Может быть, мне следовало бы это сделать прежде, чем станет слишком поздно.

Девушка подозвала трактирщика:

— Вы уже приготовили комнату для этого чужеземца с точеным каменным лицом?

— Разумеется. Он может взглянуть на нее и сказать, подойдет ли ему такая спальня.

Хозяин заведения отвел Кугеля в приятное помещение на первом этаже, содержавшее кровать, комод, циновку и светильник. На одной стене висел ковер с лиловыми узорами на черном фоне, на другой — изображение исключительно уродливого ребенка, свернувшегося калачиком в прозрачном шаре. Комната эта вполне устраивала Кугеля, о чем он и сообщил трактирщику, после чего вернулся в беседку, откуда уже начинали расходиться подвыпившие посетители. Девушка, Жиамль Враз, все еще была в наличии и приветствовала Кугеля с теплотой, заставившей его забыть о последних остатках осторожности. Опустошив еще один бокал вина, он прошептал ей на ухо:

— Может быть, я тороплю события или слишком высокого мнения о себе, но почему бы нам не удалиться в мою комнату и не поразвлечься?

— Почему бы нет? — откликнулась девушка. — Я не замужем и, пока не выйду замуж, могу делать все что хочу — таков наш обычай.

— Превосходно! — отозвался Кугель. — Ты пойдешь туда первая — или нам следует потихоньку обогнуть здание и зайти с заднего хода?

— Пойдем вместе — скрывать тут нечего!

Они направились в спальню вдвоем и выполнили там ряд эротических упражнений, после чего Кугель, утомленный исключительно беспокойным днем, заснул без задних ног.

Посреди ночи он проснулся и обнаружил, что Жиамль Враз ушла. Сонливость, однако, заставила его пренебречь этим обстоятельствам, и он вернулся в объятия Морфея.

Его снова разбудил стук гневно распахнутой двери; приподнявшись в постели, Кугель увидел, что, хотя Солнце еще не взошло, к нему в спальню ввалилась целая делегация во главе со старейшиной, с ужасом и отвращением взиравшим на сидящего в кровати чужеземца.

Остановившись в сумраке, старейшина протянул к Кугелю длинный дрожащий указательный палец:

— Мне уже вечером показалось, что я заметил в нем еретические наклонности! Теперь тайное стало явным. Обратите внимание: он спал с непокрытой головой, а на подбородке у него нет никаких следов благочестивого помазания! Девица Жиамль Враз сообщила, что во время их совокуплений он ни разу не воззвал к Елисею с мольбой о благословении!

— Ересь! Никаких сомнений быть не может! — провозгласил другой член делегации.

— Чего еще ожидать от чужеземца? — презрительно вопросил старейшина. — Смотрите! Даже теперь он не желает осенить себя священным знамением!