— Лодка! — закричал Кугель. Он протянул руку к морю, где примерно в километре от берега плыла рыбацкая лодка под квадратным парусом на длинной гибкой рее. Лодка повернула и скрылась за мысом, темневшим не дальше, чем в получасе ходьбы от того места, где остановились паломники. И теперь Кугель заметил на мысу какие-то стены и крыши.

— Превосходно! — заявил Гарстанг. — Вполне может быть, что местные жители — гильфигиты и что именно в этом селении находится святилище! Пойдем!

Субукьюль сомневался:

— Могла ли благая весть священного писания распространиться так далеко?

— Необходима осторожность, — согласился с ним Кугель. — Прежде всего нужно произвести разведку.

Он повел спутников через заросли тамариска и лиственницы туда, где они могли бы взглянуть на деревню сверху. Обитатели хижин, кое-как сооруженных из черного камня, выглядели довольно-таки свирепо. Их круглые лица, глиняного оттенка, были окружены взъерошенными черными волосами; на их широких мускулистых плечах тоже росла, подобно эполетам, жесткая черная щетина. И у мужчин, и у женщин одинаково торчали изо рта клыки, причем туземцы скорее не разговаривали, а перекликались хриплыми рычащими возгласами. Кугель, Гарстанг и Субукьюль потихоньку отошли подальше, спрятались за деревьями и стали вполголоса советоваться.

Гарстанг наконец упал духом; он не знал, на что надеяться:

— Я истощен — не только физически, но и духовно. Может быть, мне суждено здесь умереть.

Субукьюль взглянул на север:

— Я рискну пойти обратно через Серебряную пустыню. Вернусь в Эрзе-Дамат и, может быть, даже в долину Фольгуса.

Гарстанг повернулся к Кугелю:

— А что сделаешь ты? Ведь святилища, очевидно, нигде нет!

Кугель указал на причал, где были пришвартованы несколько лодок:

— Надеюсь вернуться в Альмерию по Сонганскому морю. Попробую как-нибудь присвоить лодку и поплыву на запад.

— Тогда позволь с тобой попрощаться, — сказал Субукьюль. — Гарстанг, ты со мной?

Гарстанг покачал головой:

— Слишком далеко. Я не переживу еще один переход через пустыню. Поплыву лучше по морю с Кугелем и принесу благую весть Гильфига народам Альмерии.

— Значит, и с тобой я прощаюсь, Гарстанг. — Субукьюль быстро отвернулся, чтобы скрыть волнение, и поспешил на север.

Кугель и Гарстанг смотрели ему вслед, пока его коренастая фигура не исчезла вдали, после чего стали разглядывать причал и подходы к нему. Гарстанга обуревали сомнения:

— Лодки выглядят достаточно надежными, но «присвоение» в данном случае равносильно краже, а Гильфиг однозначно запрещает воровство.