Демон лежал ничком: костюм марионетки не позволял ему двигаться.

– Ладно, – проворчал Инеб, – режь. Только осторожнее!

– Насчет этого можешь не беспокоиться, демон, – заверил его Бошелен, приседая над ним и протягивая руку с кинжалом. – Но если ты и дальше будешь дергаться…

– Вообще не пошевелюсь, обещаю!

Отрывистое хлопанье крыльев возвестило о возвращении ворона. На Инеба пахнуло едким запахом плесени, а затем рядом с Бошеленом возникла еще одна фигура – рослый мужчина, лысый, с бледной, будто очищенное крутое яйцо, и, похоже, столь же липкой на ощупь кожей. Маленькие глазки с холодным любопытством разглядывали демона.

Инеб попытался оскалить зубы.

– Я знаю, о чем ты думаешь, – сказал он. – Но нет – я не гомункулус и даже не голем. Я настоящий демон.

Незнакомец облизал обрюзгшие губы.

Инеб замолчал, и во рту у него внезапно пересохло.

Кончик кинжала скользнул под камзол демона прямо над его напрягшимся животом и двинулся вверх, разрезая ткань.

Другой рукой Бошелен подал своему товарищу окровавленную тряпку.

– Солнце зашло, Корбал Брош, – произнес он.

Камзол с треском разошелся в стороны, и чародей начал трудиться над рукавами.

Взяв тряпку, Корбал Брош прижал ее к лицу и глубоко вдохнул. Улыбнувшись, он слегка отошел в сторону, затем бросил тряпку под ноги, сделал несколько жестов в воздухе правой рукой, после чего снова повернулся к Бошелену и кивнул.

– А нечистые, Корбал Брош?

Круглое лицо Корбала Броша скривилось в разочарованной, почти обиженной гримасе.

– Ну да, конечно, – пробормотал Бошелен. – Прости, друг.

Еще три разреза, и одежда свалилась с Инеба. Тот поднялся на ноги и удовлетворенно вдохнул полной грудью:

– Отлично! Так намного лучше. Я будто стал новым демоном.

К ним, шатаясь, подошла Сторкуль Очист.