— 83 процента.

Этот удар стал для Немана полной неожиданностью, ведь он уже думал, что они спаслись. И тем самым он нарушил одно из своих правил — никогда не быть в чем-то уверенным, находясь в космосе. Обстрел продолжался. К трем кораблям противника присоединились еще двое. Шквал плазмы обрушился на щит, рассеивая его энергию, не успевавшую восстанавливаться — работал генератор подпространства.

Васко монотонно отчитывался о щите, а Неман с ужасом слушал его, всматриваясь перед собой, где уже начал открываться коридор в подпространство.

— Сколько нам лететь?

— Полтора дня по корабельному времени. 11,6 процентов.

Капитан даже не пытался открыть ответный огонь. Это неминуемо бы отвлекло Васко от более насущной проблемы.

— 8 процентов.

На экране показались цифры, отсчитывающие время до входа в туннель.

— 4,1 процента.

Экран показывал уже полторы секунды.

— 0,7 процентов.

— Выйди из маскировки!

Неман всегда берег этот прием для особых случаев. С помощью высвобождения большого количества энергии «Путник» оглушал сенсоры и системы телеметрии близлежащих кораблей, тем самым лишая их возможности на дальнейшее преследование.

«Путник» влетел в разноцветный коридор, который начал сразу же схлопываться за ним. Неман уже хотел откинуться на спинку кресла с облегченным вздохом, но тут же на корабле зазвучала сирена.

— Пробит щит, — с усилием проговорил Васко. — Повреждена обшивка. Нарушена герметичность технических палуб. Повреждены рулевые механизмы основных дюз.

Компьютер перечислял и перечислял повреждения, а Неман сидел и смотрел неверящим взглядом на экран, фоном которого сейчас служили переливающиеся стенки туннеля. Ему казалось, что ранили его, а не корабль. Но, во всяком случае, тут, в подпространстве, им уже ничего не угрожало. Васко отчитался, что перекрыл сообщение с поврежденными отсеками в хвосте корабля. Этого позволяло сэкономить воздух и энергию, а также предотвратить дальнейшие разрушения конструкции.

Капитан встал из кресла. Ноги казались ему деревянными. Они с трудом отзывались на желания своего хозяина сделать несколько шагов по рубке. Неман посмотрел на гибискус, грустно глядевший на него в ответ, и ощутил тревогу, давно уже не навещавшую его.

— Ничего, прорвемся.

А потом добавил, после минутной паузы:

— Может быть…